Война меча и сковородки (СИ)

— Да вот смотрю на вас и думаю, что лучше бы и вправду умерла, — буркнула Эмер.

— Лучше бы вы думали, прежде чем говорить, — посоветовал Ларгель.

Эмер закатила глаза, показывая, как относится к советам Его Преосвященства.

— Итак, теперь я хочу узнать, почему вы избавились от меня, — сказала она. — Ведь моя смерть — всего лишь часть гениального плана? Так, Годрик? — про гениальный план она сказала с легким пренебрежением, но Годрик только улыбнулся.

— Вы правы, графиня, — заговорил лорд Саби. — Ваша помощь очень понадобится. Не нам, а прежде всего — Эстландии. И позже я скажу, чего мы хотим просить от вас. Но сначала вы, вероятно, захотите узнать о врагах, с которыми предстоит бороться?

— Да, враги. Они занимают меня необыкновенно, — сказала Эмер с кислым выражением лица, но слушать приготовилась.

— Наша добрая королева, — начал лорд Саби, — пала жертвой заговора. С некоторых пор я начал замечать, что нежные чувства между Их Величествами охладели, а на смену пришли подозрение и едва ли не ненависть. В это время произошло несколько покушений на Ее Величество, а Его Величество почувствовал недомогание, которое переросло в тяжелую болезнь. Поговорив и с тем, и с другим, я обнаружил, что королева уверена, что король пытается избавиться от нее ради неизвестной пассии, а король уверен, что жена пытается его отравить, и прекратил с ней всякие сношения. Их подозрения были не просто подозрениями, оба были уверены, что супруг умышляет против них. Я пытался выяснить, кто так тонко плетет паутину вокруг Их Величеств, и лишь недавно нашел ответ. Это…

— Можете не продолжать, — закончила за него Эмер. — Лорд Бритмар. Господин герцог, брат короля.

Мужчины переглянулись, и Годрик спросил:

— Откуда ты узнала?

Некоторое время Эмер наслаждалась их изумлением и вниманием, догрызая еще одно печенье, но потом призналась:

— Я сама поняла это лишь несколько дней назад, как раз перед приездом королевы.

Она понизила голос и таинственно сказала:

— Все дело в яйцах.

— Что? — спросил Ларгель, глядя на лорда Саби, а Годрик покраснел, как вареный рак.

— Наверное, графиня сейчас все объяснит, — сказал тайный лорд, усаживаясь поглубже в кресло и складывая руки на груди.

— А объяснять нечего, — пожала плечами Эмер. — Муго — поваренок с даремской кухни — рассказал, что герцог умышленно толкнул его, когда он нес корзину с яйцами для королевского пирога. Ну скажите на милость, зачем брату короля, другу королевы, прославившегося своим добрым нравом, толкать какого-то там слугу? Я поразмыслила и решила, что слуга здесь ни при чем. Милорд ненавидел яйца и сознательно жаждал их уничтожить.

— Она бредит? — спросил Годрик у лорда Саби.

Эмер с неудовольствием отметила, что и ее муж, и епископ смотрят на королевского советника с преданностью, как верные вассалы.

— Ничего я не брежу, — сказала она раздраженно. — Милорд герцог хотел, чтобы королева была недовольна Годриком. А что могло вызвать большее неудовольствие Ее Величества, как отсутствие на праздничном столе королевского пирога?

— Странные рассуждения, — сдержанно сказал епископ Ларгель.

— Почему же? — живо отозвался лорд Саби. — А мне кажется, слова графини не лишены смысла. — Но не одни ведь яйца натолкнули вас на мысли о герцоге?

— Вы правы, — согласилась Эмер. — И Сесилия говорила именно о нем, когда дала нам с Годриком приют в своем загородном доме. Но я поняла ее речи, как о Тилвине.

— Да, лорд Бритмар ездил к вашей подруге, — подтвердил советник.

— И добрая Сесилия, поддавшись на его уговоры, помчалась меня спасать, — сказала Эмер горько, — а на самом деле была всего лишь фигуркой из шатранджа. Я должна была догадаться. Она говорила почти его словами — о соответствии души и тела. И вела себя так уверено… Кто — моя маленькая Сесилия, которая никогда не отличалась смелостью!

— Милорд умеет направить людей. Он хитер, заметает следы, как лиса. И никогда не действует сам, только через верных людей. Но когда нам удалось выяснить, что Верфрита — кормилица милорда Бритмара, все стало ясно.

— Верфрита? Та старуха, что подкинула змею? Кстати, откуда у герцога змея и эти южные яды… Я забыла… чумная жаба?

— Ядовитая жаба, — поправил ее епископ. — Год назад он ездил с миссией на юг. Скорее всего, там и разузнал о ядах.

Лор Саби кивнул:

— А потом погибла Кютерейя, которая была главным осведомителем милорда Фламбара о мятежниках. Ее часто звали на пиры, где бывал герцог. Он знал, на каком поле лучше всего искать сторонников. Когда все вокруг пьяны, о страшных делах можно беседовать без боязни. Наверное, Кютерейя узнала, как герцог вербует сторонников, и поплатилась за это.

— Я думала, ее убил епископ.

— Вы переоцениваете мои способности, графиня, — ответил он.

— Нет, — покачал головой лорд Саби, — епископ был направлен мной в Дарем, чтобы следить за сэром Тюддой…

— И за Годриком. Говорите уже правду, — сказала Эмер.