Война меча и сковородки (СИ)

— Много чудесного на земле, — сказала она, срывая хрупкие цветы, на которые уже выпала роса. — Взять хотя бы фиалки. Они такие маленькие и невзрачные, но какой упоительный у них аромат!.. Правда, его нелегко почувствовать. Только если поднести к лицу. Вот так…

Она уткнулась лицом в букетик и закрыла глаза, наслаждаясь запахом цветов, и на мгновение улетая в далекий Вудшир, где ей было не очень сладко, но зато спокойно. Когда Сесилия открыла глаза, Ранулф стоял в трех шагах от нее, затаив дыхание и боясь пошевелиться, чтобы не нарушить ее спокойствия.

— Вы сейчас похожи на небожительницу, леди Леоффа, — сказал он. — Я смотрел бы на вас вечно, и молился.

«А я — на вас», — подумала Сесилия, но ничего не сказала, а поднялась, отряхивая платье.

— Можно мне… один цветок? — спросил Ранулф.

— Конечно, милорд, — Сесилия протянула ему фиалку, и на мгновение пальцы молодых людей соприкоснулись.

Ранулф понюхал цветок и воткнул его за брош-фибулу.

— Этот цветок похож на вас, — сказал он. — Не слишком яркий, но его аромат не спутаешь ни с чем.

Летучая мышь, вылетевшая из чащи, напугала их. Сесилия вскрикнула, а Ранйлф неловко дернул рукой и уронил факел. Смоляная пакля упала в лужу, огонь зашипел и погас.

— Всего лишь нетопырь, — сказал Ранулф с неуверенным смешком.

«Это знак для меня, чтобы не завидовала и не желала чужого», — подумала Сесилия и тут же взяла Ранулфа за руку.

— Я ужасно испугалась, — сказала она, пряча глаза. — Колени дрожат, я боюсь, что упаду.

— Вы можете опереться на меня, а если хотите — понесу вас?

От этого предложения девушка горячо отказалась, а вот опереться на руку лорда Ранулфа себе позволила. Пальцы его были горячие, и он тут же ободряюще пожал ей ладошку. Сесилия привстала на цыпочки, обхватила лорда Ранулфа за шею и притянув к себе, поцеловала в губы. Поцелуй длился всего несколько мгновений, но обжёг её до самого сердца. Что касается лорда Ранулфа, он едва устоял на ногах.

— Зачем вы это сделали? — спросил он, прерывисто дыша, когда она отпустила его.

— Вы заслуживаете награды, хотя бы такой. Хотя бы и от меня, — сказала Сесилия.

— Я самый счастливый и самый несчастный одновременно, — пробормотал он, взъерошив волосы.

— Не говорите больше ничего, милорд. Проводите меня к каретному двору. Уже поздно, леди Демелза должна вот-вот уехать. Я не хотела бы злоупотреблять вашей добротой.

— О, вы просто неспособны совершить ничего злого! — воскликнул лорд Ранулф, не спеша выполнять просьбу дамы и провожать ее.

«Уже совершила, — мысленно возразила Сесилия, тоже не делая ни шага. Она словно вросла в землю, пустив тут корни, и на это были свои причины. — Милосердные небеса! Я соблазняю чужого жениха? Но всего лишь поцелуй… Всего лишь поцелуй! Сесилия, ты бесстыдна, как падшая женщина из трущоб!»

Ранулф почувствовал её смятение и принял всё на свой счет.

— Я вел себя, как мужлан, — сказал он, волнуясь. — И оскорбил вас.

«Скорее, это я тебя оскорбила», — продолжила Сесилия мысленный диалог с чужим женихом.

— Я прекрасно понимаю, что вы поцеловали меня из жалости, и я должен был преисполниться благоговейного трепета видя ваше милосердия… И я преисполнился, леди Леоффа! Правда, преисполнился! Но ещё мне это… страшно понравилось.

— Тогда повторите, если говорите правду, — сказала Сесилия медленно, поднимая лицо и не закрывая глаз.

А вот лорд Ранулф глаза закрыл. И поцеловал её так старательно и нежно, как ребенок целует на ночь любимую игрушку.

«Он и сам, как ребенок, — подумала Сесилия, пряча улыбку. — При всем его уме и начитанности, он всего лишь несмышленое дитя. В некоторых вопросах».

Эта целомудренная неосведомленность обрадовала её. Уж она-то на собственном опыте знала, как умеют целоваться и щипать за мягкие места благородные рыцари, буде приведется встретиться с ними в полутемном коридоре и рядом не окажется строгой надзирательницы за нравственностью дев. Лорд Ранулф не такой. Он вообще ни на кого не похож. Он особенный.

И после такого целомудренного поцелуя в Сесилию словно демон вселился. Она снова схватила молодого человека за шею, притянула к себе и поцеловала, уже не скромничая. Когда она оторвалась от него, чувствуя себя упырихой, напившейся невинной крови, лорд Ранулф уже держал ее в объятиях, поглаживая по затылку и спине, и вовсе не хотел отпускать.

— А теперь отпустите меня и уходите, — сказала Сесилия низким голосом.

Лорд Ранулф, ошалевший от неожиданных страстных поцелуев не понял её с первого раза, и ей пришлось повторить.

— Уходите, милорд. И не оглядывайтесь.

Он наклонился, пытаясь разглядеть выражение лица девушки, и выглядел озадаченным:

— Правильно ли я вас понял? Вы просите меня удалиться?..

— Не прошу, а приказываю, — сказала Сесилия так твёрдо, как только смогла.

— Вы и правда хотите, чтобы я ушёл?..

— Сколько нужно повторять, чтобы вы поняли? Вот дорога, вон двери.

— Но довести вас до каретного…

— Я доберусь сама. Благодарю. Ну же? — она выразительно кивнула в сторону каменных горгулий, насмешливо щеривших клыки.

Лорд Ранулф сделал два шага и остановился.