Война забытая, Война оболганная

Как видите, ни о каком исчерпывающем наказании и воздаянии, хотя бы близко сопоставимыми с теми неописуемыми преступлениями, что совершили германские нацисты и их приспешники, речи в принципе идти не может. Вроде бы подвергнутая осуждению и запрещенная на законодательном уровне идеология, ставшая основой зловещего Третьего рейха, на самом деле не была искоренена – ибо убежденные ее носители не просто остались под одним небом с теми, кого они стремились уничтожить и превратить в собственных рабов, а и со временем воссели в органах власти той же ФРГ, вовсю трудились во благо США и Британии. Проявленное Советским Союзом и его руководством милосердие обернулось через полстолетия с лишним возрождением того же зла – разве что перекрасившегося из коричневого в другие цвета.

Общность, которую мы ныне называем «коллективным Западом», нисколько не отринула фашистские и нацистские идеи и принципы. Рядясь лицемерно и незаслуженно в одежды «победителей Третьего рейха», его представители со временем начали все более активно вытеснять, вымарывать из их числа СССР и его правопреемницу – Россию. А сами тем временем делали все для того, чтобы реанимировать кровавую идеологию и снова отправить её адептов в поход на Восток. «Дранг нахт Остен». И в этом они, увы, вполне преуспели, сведя с ума целый народ. Свастика или «тризуб» – невелика разница, важен результат.

Но, может, в чем-то другом наша великая Победа принесла те плоды, о которых мечтали её творцы? Изменила мир, сделала его более безопасным и справедливым? Дала человечеству шанс идти в будущее без таких разрушительных катаклизмов, как мировая война? Ну, что ж – давайте разберемся и в этом вопросе.

Судьбы послевоенного мира, по сути, решались на трех великих саммитах: Тегеранской, Ялтинской и Потсдамской конференциях «Большой Тройки» – главы СССР Иосифа Виссарионовича Сталина, президента США Франклина Делано Рузвельта и премьер-министра Британии Уинстона Черчилля. Первая состоялась 28 ноября 1943 года в Тегеране и длилась всего 4 дня, в Ялте главы государств встретились 4 февраля 1945 года и общались 8 дней. Потсдамская конференция началась 17 июля 1945 года и была самой длительной – 17 дней. Вот только «большая тройка» в Потсдаме была уже не та: бессменно на своем посту оставался только Сталин. Франклин Делано Рузвельт пережил Ялту на каких-то два месяца и вместо него США представлял уже Гарри Трумэн – совершенно другой человек и политик, чем его предшественник. Даже казавшийся вечным Черчилль вынужден был покинуть шедшие на развалинах Третьего рейха переговоры победителей, уступив место за их столом лидеру взявшей верх на очередных выборах лейбористской партии Клементу Эттли. Да и во всем остальном все три встречи отличались одна от другой самым кардинальным образом. В Тегеране СССР проявлял заинтересованность в открытии «второго фронта», а тот же сэр Уинстон в лучших традициях лукавой британской дипломатии пытался вилять и торговаться так, что Иосиф Виссарионович едва не послал «союзничков» ко всем чертям.

Крайне интересно – как сложились бы история войны и судьбы послевоенного мира, если бы брошенные Молотову и Ворошилову слова Верховного: «Ни до чего мы тут не договоримся! Пора, пожалуй, домой – на фронте дел невпроворот!», стали последними, которые услышали бы Черчилль и Рузвельт? Впрочем, не будем пытаться строить подобные «виртуальности» сейчас – это отдельная тема. Упомянем лишь о том, что проникшиеся непреклонной убеждённостью Сталина решать реальные вопросы, а не заниматься болтологией, англосаксы быстренько согласились вступить в войну. Причем обязались они сделать это там и тогда, как этого требовал глава СССР. Ну, в конечном итоге подвели, конечно – но разве ж могло быть иначе? Те, кто пытается представлять саммиты «большой тройки» в виде эдаких «встреч боевых соратников», в которых принимали участие если не друзья, то хотя бы союзники, либо лгут сами, либо повторяют ложь чужую. Если бы Лондон и Вашингтон реально горели желанием помочь советскому народу в борьбе с обрушившейся на него невиданной бедой, подобные встречи (неважно где) должны были бы состояться еще в 1941 году. В 1942 – максимум. Именно тогда второй фронт, позволивший бы оттянуть рвущиеся к Москве, Ленинграду, Сталинграду гитлеровские дивизии, был необходим, как воздух. Но ничего этого не было потому, что не могло быть в принципе.