Читаем Войны за становление Российского государства. 1460–1730 полностью

Весь этот комплекс мер – Табель о рангах, постойная повинность, подушная подать и учреждение коллегий – стабилизировал и укрепил военное устройство России к тому моменту, когда Петр I решил начать войну на юго-восточных рубежах своей империи против нового противника – Персии.

Последняя война Петра

Официальным поводом к войне с Персией (1722–1723) стало ограбление и убийство русских купцов в Шемахе – азербайджанском городе в 130 км к западу от Баку. Однако защита русских торговых интересов была лишь одной из причин Персидского похода. Древний Волжский торговый путь, соединявший Россию через Каспий со странами Востока, хоть и продолжал приносить доход казне, постепенно хирел [Лысцов 1951: 97–101, 107–109, 119]. Объявление Петром I войны Персии во многом было обусловлено имперскими амбициями царя и соперничеством с Портой за влияние в этом регионе. В 1714 и 1716 годах Петр посылал через Каспий экспедиции, чтобы разведать эти мало изученные русскими земли; со схожими целями в 1724–1725 годах им была отправлена экспедиция на Камчатку под руководством Беринга. Получив отчет о политической обстановке в Центральной Азии, царское правительство в 1717 году направило в Хиву отряд численностью несколько тысяч человек; почти все они в этом походе погибли. Кроме того, Петр мечтал об открытии русских колоний на Мадагаскаре и в Индии, видя себя правителем колониальной империи [Hughes 2002: 59].

Подготовка к Персидскому походу не заняла много времени. Для участия в кампании помимо регулярных драгунских частей и иррегулярной конницы (калмыков) было создано новое пехотное войсковое соединение – Низовой корпус. Прикрытие и снабжение русской армии обеспечивал флот. На случай ответной реакции со стороны турок и татар гарнизоны приграничных крепостей были приведены в состояние полной готовности. Русские войска быстро захватили Гилян, Дербент и Баку, не встретив серьезного сопротивления, однако сильная жара и враждебность со стороны местного населения осложнили течение кампании: русская армия начала испытывать нехватку людей, продовольствия и припасов.

Положение дел стало еще более напряженным, когда в 1723 году с запада в Персию вторглись османы. Не желая вступать в вооруженный конфликт с Турцией и ее крымскими союзниками, Петр начал мирные переговоры325. В 1723 году был заключен мир с Персией, а в 1724-м – с Портой; эти договоры закрепляли за обеими странами права на захваченные территории. Царское правительство поставило свои гарнизоны в новых крепостях, планируя поселить на этих землях русских и армян. Низовой корпус не был распущен и обеспечивал контроль за присоединенными персидскими провинциями; содержать его было вынуждено местное население. Татары продолжали совершать набеги на южные земли Российской империи.

Последний год правления Петра I прошел без серьезных военных конфликтов. Царь умер 28 января 1725 года, предположительно, от «каменной болезни», осложненной уремией. Россия лишилась своего лидера, не оставившего после себя четких распоряжений относительно того, кто будет его наследником.

Петровская армия

На момент смерти Петра I военное устройство России, безусловно, находилось в лучшем состоянии, чем в предыдущие десятилетия. Русская армия была велика – около 200 тысяч человек; ее размер зависел от норм рекрутского набора, что в некоторой степени роднило Россию со многими государствами Центральной и Восточной Европы. Более половины вооруженных сил Российской империи составляла пехота, но также в ней было много конных полков, артиллерийские и инженерные части и большой флот, предназначенный по большей мере для действий в прибрежных зонах и на мелководье. Пехотные полки почти полностью состояли из крепостных крестьян, но включали в себя и представителей других податных сословий, а также небольшое количество дворян и вольных людей. Для формирования пехоты была введена рекрутская повинность; впрочем, у этого способа комплектования было немало недостатков. Из-за огромного числа дезертиров и уклонистов – в армии и на флоте – предсказать итоговое количество набранных рекрутов было невозможно. В военное время это приводило к тому, что правительство производило особые наборы, призывая в армию представителей прежде свободных от воинской повинности сословий. Исключение составляли три элитных пехотных полка русской армии: два гвардейских и один Ингерманландский, которые были больше остальных; кроме того, согласно Табели о рангах, чины в гвардии были на два класса выше, чем в армии. В эти части набирали дворян и лучших солдат из других полков. В коннице, напротив, в основном служили представители неподатных сословий, но не только. Как правило, в кавалерийские части направляли молодых дворян, прибывших на военные смотры, однако в меньшем количестве туда зачислялись и крестьяне с мещанами; во время войны конные полки могли доукомплектовываться пехотинцами и солдатами из гарнизонных частей.

Перейти на страницу:

Все книги серии Современная западная русистика / Contemporary Western Rusistika

Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст

В этой книге исследователи из США, Франции, Германии и Великобритании рассматривают ГУЛАГ как особый исторический и культурный феномен. Советская лагерная система предстает в большом разнообразии ее конкретных проявлений и сопоставляется с подобными системами разных стран и эпох – от Индии и Африки в XIX столетии до Германии и Северной Кореи в XX веке. Читатели смогут ознакомиться с историями заключенных и охранников, узнают, как была организована система распределения продовольствия, окунутся в визуальную историю лагерей и убедятся в том, что ГУЛАГ имеет не только глубокие исторические истоки и множественные типологические параллели, но и долгосрочные последствия. Помещая советскую лагерную систему в широкий исторический, географический и культурный контекст, авторы этой книги представляют русскому читателю новый, сторонний взгляд на множество социальных, юридических, нравственных и иных явлений советской жизни, тем самым открывая новые горизонты для осмысления истории XX века.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , Сборник статей

Альтернативные науки и научные теории / Зарубежная публицистика / Документальное
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века

Технологическое отставание России ко второй половине XIX века стало очевидным: максимально наглядно это было продемонстрировано ходом и итогами Крымской войны. В поисках вариантов быстрой модернизации оружейной промышленности – и армии в целом – власти империи обратились ко многим производителям современных образцов пехотного оружия, но ключевую роль в обновлении российской военной сферы сыграло сотрудничество с американскими производителями. Книга Джозефа Брэдли повествует о трудных, не всегда успешных, но в конечном счете продуктивных взаимоотношениях американских и российских оружейников и исторической роли, которую сыграло это партнерство.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Джозеф Брэдли

Публицистика / Документальное

Похожие книги

«Умылись кровью»? Ложь и правда о потерях в Великой Отечественной войне
«Умылись кровью»? Ложь и правда о потерях в Великой Отечественной войне

День Победы до сих пор остается «праздником со слезами на глазах» – наши потери в Великой Отечественной войне были настолько велики, что рубец в народной памяти болит и поныне, а ожесточенные споры о цене главного триумфа СССР продолжаются по сей день: официальная цифра безвозвратных потерь Красной Армии в 8,7 миллиона человек ставится под сомнение не только профессиональными антисоветчиками, но и многими серьезными историками.Заваливала ли РККА врага трупами, как утверждают антисталинисты, или воевала умело и эффективно? Клали ли мы по три-четыре своих бойца за одного гитлеровца – или наши потери лишь на треть больше немецких? Умылся ли СССР кровью и какова подлинная цена Победы? Представляя обе точки зрения, эта книга выводит спор о потерях в Великой Отечественной войне на новый уровень – не идеологической склоки, а серьезной научной дискуссии. Кто из авторов прав – судить читателям.

Игорь Иванович Ивлев , Борис Константинович Кавалерчик , Виктор Николаевич Земсков , Лев Николаевич Лопуховский , Игорь Васильевич Пыхалов

Военная документалистика и аналитика