Войны за становление Российского государства. 1460–1730

Новые законодательные меры, целью которых было разрешение этих фискальных проблем, не заставили себя долго ждать. Когда в 1717 году в Россию стали возвращаться солдаты, участвовавшие в военных кампаниях Северной войны, остро встал вопрос о том, как их расквартировывать и содержать в мирное время. Размеры русской армии и флота ничуть не уменьшились: напротив, после 1711 года численность личного состава русских вооруженных сил неуклонно росла, достигнув 121 000 солдат в полевой армии и еще 74 000 в гарнизонных войсках. Поначалу вернувшихся с войны солдат направляли на строительство крупных объектов: мостов, сторожевых линий, крепостей и каналов, рытью которых Петр уделял особое внимание. Вскоре, однако, было найдено новое решение проблемы содержания армии, не участвующей в боевых действиях: был издан указ о так называемой «раскладке войска на землю», о «расположении полков армейских на души»321, согласно которому полки были расквартированы по различным местностям, как правило, сельским округам322. За исключением летних месяцев, когда войска участвовали в военных сборах или небольших кампаниях, их размещение и прокорм были возложены на плечи податного населения, которое таким образом платило своего рода натуральный налог на содержание армии (хотя сумма этого налога была рассчитана в денежном эквиваленте). Были изданы особые инструкции, как именно полагалось расквартировывать отдельные роты и батальоны, но только в крупных крепостях и других местах, где имелись казармы, местные жители выплачивали эту подать деньгами323. В США граждане так сильно протестовали против постоя, что запрет на размещение солдат в частных домах без разрешения владельца был записан в американской Конституции. Нет сомнений в том, что и население Российской империи испытывало схожие чувства: все, кто имел такую возможность, добивались освобождения от этой повинности [LeDonne 1991: 274]. Главными жертвами нового закона стали крестьянство и городское население (мещанство), которым и пришлось содержать русскую армию после того, как та «оккупировала» собственную территорию. Эта фискальная нагрузка была очень большой, но распределена она была неравномерно. Основной зоной постоя стали центральные области России, и бо́льшая часть армии была расквартирована вокруг Москвы. Надо сказать, что эти меры действительно позволили правительству содержать армию в мирное время без сокращения ее численности. Как и в Швеции, это не потребовало создания отдельного бюрократического аппарата и не привело к изъятию наличных средств у крестьянства. Солдаты по-прежнему оставались на армейской службе, но при этом попадали в среду, которая большинству из них была привычна с рождения. Местные землевладельцы и сами офицеры нередко нанимали их на работу в своих поместьях; нет нужды говорить, что эта практика часто приводила к злоупотреблениям.

Полки, расквартированные в сельской местности, становились, по замыслу Петра, инструментом местного управления – на них возлагались среди прочего и полицейские обязанности. Они должны были следить за порядком в своих дистриктах: преследовать воров и бандитов, бороться с бродяжничеством и ловить беглых крестьян. История сохранила имена многих известных разбойников, чьи банды разоряли русские земли в XVIII веке; из этого можно сделать вывод, что с полицейскими функциями русская армия справлялась не очень успешно. Впрочем, в городах за порядок отвечали не военные, а отдельные полицейские власти, которые не только пресекали преступность, но и следили за чистотой улиц, соблюдением правил торговли, опрятностью горожан и прочими вещами такого рода [LeDonne 1991: 128, 133].