Воспоминания. От службы России к беспощадной войне с бывшим отечеством – две стороны судьбы генерала императорской армии, ставшего фельдмаршалом и президентом Финляндии

Тем временем правительство через Стокгольм установило связь с Москвой для начала переговоров по поводу оставления городов Выборга и Сортавалы во владении Финляндии. Ответ, полученный 5 марта, заключался в том, что эти города необходимо уступить, и советское правительство выдвинет новые требования и продлит договор с правительством Куусинена, если мы не начнем переговоры незамедлительно. После этой угрозы правительству ничего не оставалось, как попросить о перемирии и начать переговоры на основе требований России. 6 марта просьба о перемирии была отклонена, и нам сообщили, что переговоры могут начаться в Москве немедленно. В тот же день было решено направить мирную делегацию. Одновременно правительство просило западные державы увеличить на неделю срок обращения для запроса вооруженной помощи, нашего единственного козыря в переговорах.

Информация о запрошенной МИД вооруженной помощи поступила 7 марта. Она была сформулирована начальником британского Генерального штаба генералом Айронсайдом следующим образом.

Первый эшелон, состоящий из франко-британской дивизии в следующем составе, отправится в Нарвик 15 марта:

«2½ бригады французских альпийских егерей – 8500 человек

2 батальона Иностранного легиона – 2000 человек;

1 польский батальон – 1000 человек;

1 британская гвардейская бригада – 3500 человек;

1 британский лыжный батальон – 500 человек;

Всего – 15 500 человек.

Все это были это отборные части. Одновременно с ними будут высланы 3 батальона обслуживания.

Второй эшелон будет состоять из 3 британских дивизий, численностью 14 000 человек каждая. Общая численность боевых частей возрастет до 57 500 человек».

Донесение продолжалось:

«Ожидается, что первый эшелон прибудет в Финляндию в конце марта, а второй – настолько быстро, насколько позволит железнодорожный транспорт».

Далее говорилось, что можно рассчитывать на дополнительную помощь и что финский главнокомандующий может свободно распоряжаться этими войсками.

При первом контакте с советским правительством в Кремле 8 марта делегация не могла не отметить, что выдвинутые ей условия отличались от полученных через Стокгольм предварительных условий. Помимо прежних требований, Финляндии предлагалось уступить большую территорию в коммунах Салла и Куусамо, а также построить железную дорогу от Кемиярви до еще не созданной границы. Далее подлежала уступке финская часть полуострова Рыбачий, которая не упоминалась в требованиях, направленных через Министерство иностранных дел Швеции.

На указание финской делегации по поводу советских заверений посреднику в том, что в Северной Финляндии не будет никаких территориальных требований, были даны уклончивые ответы: Молотов, в частности, предположил, что, возможно, это связано с плохой памятью мадам Коллонтай! Было ясно, что советское правительство стремилось избежать той реакции, которую эти требования относительно севера, скорее всего, вызвали бы в Швеции и повлияли бы на позицию этой страны. Строительство железной дороги представляло прямую угрозу Швеции, поскольку создавало стратегический путь нападения на Скандинавию.

Эти дополнительные требования можно было с полным основанием рассматривать как знак того, что желаемый Москвой мир направлен только на обеспечение Советскому Союзу перемирия. В этих обстоятельствах вооруженная помощь западных держав вновь оказалась единственным средством спасения. Не лучше ли, столкнувшись с угрозой повторной агрессии, продолжать борьбу в надежде на помощь западных держав, даже если она казалась недостаточной и неопределенной? Позднее на такую интервенцию рассчитывать не приходилось, как явствует из заявления господина Даладье финскому послу в Париже Хольме 7 марта: «Несколько дней мы ждали обращения Финляндии, чтобы броситься ей на помощь всеми способами, и трудно понять, почему такое обращение снова откладывается. Если обращения не будет, западные страны не смогут нести какую-либо ответственность за организацию территориального статуса Финляндии после войны».

9 марта финский посол в Лондоне Грипенберг сообщил, что британское правительство, посоветовавшись с французским, решило помочь Финляндии всеми доступными средствами, если финское правительство обратится с запросом. 10 марта британский посол в Хельсинки вручил правительству меморандум, в котором указывалось, что запрос ожидается не позднее 12 марта. На нашу просьбу о 100 бомбардировщиках министр ответил, что британское правительство готово отправить 50, из которых 8 будут доставлены через четыре дня после отправки запроса, а остальные – в течение следующих десяти дней. Что касается экспедиционного корпуса, то было лишь заявлено, что его отправка зависит от позиции Швеции и Норвегии и что, если эти страны откажутся от транзита или даже пассивно выступят против него, реализация всего проекта может стать невозможной. Однако британское правительство попытается получить разрешение на транзит всеми доступными ему средствами.