Воспоминания. От службы России к беспощадной войне с бывшим отечеством – две стороны судьбы генерала императорской армии, ставшего фельдмаршалом и президентом Финляндии

2 июня, спустя всего несколько дней после «второго предупреждения» Литве, русские предъявили Финляндии требование, никоим образом не вытекавшее из мирного договора: все имущество, как государственное, так и частное, вывезенное из Карелии и с мыса Ханко, должно быть возвращено СССР. Через четыре дня после оккупации Эстонии и Латвии, 23 июня, последовало новое требование: концессию на никелевые рудники в районе Петсамо необходимо отобрать у британской «Монд никель компани» и передать либо СССР, либо обществу, акционерный капитал которого был бы поделен поровну между Советским Союзом и Финляндией. Вряд ли могло быть совпадением, что этого потребовали после того, как английские войска оставили не только Северную Норвегию, но и всю материковую часть Европы. По словам Молотова, русских интересовала не столько руда, сколько сама территория, где запасов никеля хватит на века. И наконец, 27 июня Советский Союз потребовал либо демилитаризации Аландских островов, либо их укрепления совместно с Финляндией.

Хотя по просьбе правительства газеты не опубликовали эти из ряда вон выходящие требования, слухи о них вскоре распространились. Люди усматривали в этом продолжение пьесы, разыгранной к югу от Финского залива.

Общественное мнение сильно возмутило нападение на финский пассажирский самолет «Калева», 14 июня сбитый во время обычного перелета из Ревеля и Хельсинки. Установлено, что «Калева» атаковали два русских истребителя, а багаж забрала находившаяся поблизости русская подводная лодка. Финский пилот и экипаж, а также пассажиры-иностранцы, в том числе французский дипкурьер, чью сумку захватили русские, погибли. В сложном положении Финляндии правительство хотело любой ценой избежать конфликта и поэтому сочло за лучшее воздержаться от протестов и требований компенсации. В сообщении для общественности обстоятельства гибели самолета назвали неустановленными, однако вскоре ее причина стала общеизвестной. Пару лет спустя в финский плен попал один из офицеров подводной лодки, подтвердивший, что сумку дипкурьера в открытом море передали на специально посланный из Кронштадта корабль.

Правительству Финляндии ничего не оставалось, как выполнить требования Советского Союза. Так, мы согласились вернуть государственную и частную собственность, вывезенную из Карелии и полуострова Ханко как во время, а во многих случаях так и задолго до войны. Самое печальное, что через границу ушло 75 локомотивов и 2000 железнодорожных вагонов. Мы согласились на демилитаризацию Аландских островов, которая должна была завершиться до середины февраля 1941 года, и предоставили Советскому Союзу право открыть консульство в Мариехамне. Мы дали обещание на переговоры о концессии на никелевые рудники. К сожалению, Англия не смогла нас в этом поддержать. Когда в июле 1940 года Советский Союз потребовал права пропуска русских поездов по железной дороге в Ханко, мы после долгих и упорных переговоров, в которых добились некоторых послаблений, согласились.

Поэтому работы по восстановлению начинались в особенно тяжелых условиях, и полмиллиона человек с уступленных территорий обосновывались в новых районах. Требовалось срочно разработать новый оборонительный план и реализовать предусмотренные в нем меры. Перенос границы вызвал необходимость, ко всему прочему, строительства многочисленных новых казарм, прокладки дорог и организации средств связи. Административно-территориальное деление страны нуждалось в значительном изменении.

Для того чтобы хоть как-то восполнить нехватку живой силы, вдоль длинной границы пришлось создать укрепления. И под умелым и целеустремленным руководством генерал-лейтенанта Ханелла постепенно стали вырисовываться контуры новой линии обороны. На прибрежном участке Финского залива работы шли быстрыми темпами под шведским руководством и с использованием предоставленных Швецией материалов. Радовало, что северная солидарность Зимней войны продолжилась в этой форме.

В сложившейся ситуации особенно важно было продемонстрировать неколебимую решимость Финляндии защититься и решимость народа встретить новую агрессию. После тяжелых уроков войны парламент осознал, что на военных ассигнованиях экономить нельзя, и необходимые для наших вооруженных сил суммы выделялись без возражений.