25 июня правительство намеревалось сделать в парламенте заявление, что оно намерено сохранять нейтралитет Финляндии. Премьер-министр подписал обращение 24-го вечером, однако события следующего дня вынудили правительство пересмотреть этот вопрос, и оно смогло лишь подтвердить, что советское правительство намеренно начало военные действия. В тот вечер доклад премьер-министра парламенту привел к единогласному вотуму доверия после того, как парламент, в свою очередь, подтвердил, что Финляндия снова вынуждена вести оборонительную войну.
Войскам разрешили вести ответный огонь, но до полуночи 28 июня запрещено пересекать границу.
25 июня Ставка переехала в Миккели. Уже третий раз высшее командование наших войск было расквартировано в этом маленьком идиллическом провинциальном городке.
Для всех здравомыслящих граждан Финляндии начало войны не стало неожиданностью, и народ сплотился, поддержав правительство и парламент в новой битве не на жизнь, а на смерть.
Находясь между двумя великими державами, мы вынужденно пошли на уступки, поскольку сил для сохранения строгого нейтралитета нам недоставало. Однако именно Советский Союз требованием транзита в Ханко и обратно вынудил Финляндию сделать первые шаги к отказу от нейтралитета. Поэтому вполне логично, что 23 июня в беседе с финским послом Молотов ни словом не упомянул Транзитный договор с Германией или присутствие в Финляндии немецких войск, а ограничился повторным обвинением Финляндии в несуществующем нападении. Советское правительство решило втянуть Финляндию в войну.
На пороге начавшихся 25 июня 1941 года оборонительных сражений финский народ, несмотря на ухудшившееся стратегическое положение, мог увереннее, чем осенью 1939 года, смотреть в будущее благодаря проведенной в течение прошедшего года целенаправленной работе по росту численности и улучшению состояния наших вооруженных сил. За счет увеличения срока службы с одного до двух лет стало возможным расширить действующую армию до 15 бригад, разделенных на 5 армейских корпусов. Полевая армия была мобилизована по новой системе, укрепления на нашей восточной границе, хотя и недостроенные, помогали войскам прикрытия в выполнении задачи по задержке продвижения противника. Страна была разделена на 16 военных округов, каждый из которых сформировал дивизию на основе бригады мирного времени. Другими словами, действующая армия будет состоять из вдвое большего числа оперативных частей, чем на момент начала войны осенью 1939 года, но это также означало, что мобилизована вся наша живая сила, включая старшие возрастные группы.
С материальной точки зрения ситуация также улучшилась. Ущерб, нанесенный нашим ресурсам Зимней войной, был компенсирован запоздалыми поставками с Запада, пришедшими после заключения Московского мира, и частично заказами, которые мы смогли разместить в Германии. Промышленность также активно способствовала нашему перевооружению и располагала значительными запасами сырья.
Огневая мощь пехоты возросла за счет увеличения количества пистолетов-пулеметов и внедрения 20-мм противотанковых ружей и 120-мм минометов. Полевая артиллерия получила ряд тяжелых батарей, нехватка которых так остро ощущалась во время Зимней войны, были усилены и зенитные батареи.
Мобилизация, назначенная 17 июня, прошла по графику, как и завершившееся 29 июня развертывание. Всего на границе стояло 11 дивизий в составе 5 армейских корпусов, еще одна находилась перед базой Ханко. К этому добавился резерв главнокомандующего в составе 4 дивизий.
Русские войска, противостоявшие Финляндии, в состав которой входила Северо-Западная группа армий под командованием маршала Ворошилова, состояли из 3 армий, в общей сложности – 13 дивизий, 4 бригад, 2 танковых дивизий, 1 дивизии пограничных войск и ряда специальных отрядов. Гарнизон Ханко насчитывал не менее 35 000 человек. Кроме того, вдоль границы были построены укрепрайоны, в которых размещались специальные крепостные гарнизоны. Таким образом, общая численность составляла примерно 18—20 дивизий.