Восстановление Римской империи. Реформаторы Церкви и претенденты на власть

И хотя это была достаточно обычная внутрисемейная распря (ставшая затем характерной чертой истории Каролингов), она имела ужасные последствия в 714 г., потому что власть Пипина над франками имела определенные ограничения. В результате пострадавшие люди образовали длинный список и выстроились в очередь, чтобы использовать политическое бессилие, порожденное ссорой между Плектрудой и ее пасынком Карлом. Неудивительно, что первыми в этой очереди были нейстрийцы, проживавшие на старых землях франков. На момент смерти Пипина Теодоальд номинально был мажордомом дворца по Нейстрии, но власть Пипина в этом регионе давала лишь отрицательный результат (принимая меры к тому, чтобы не появился никакой серьезный соперник), и, как только смерть вывела его из игры, представители нейстринской знати быстро заявили о своих правах и немедленно отбросили всякую остаточную лояльность Теодоальду. Находясь вдали от центра, аквитанцы были готовы использовать этот кризис, чтобы заявить о большей степени своей независимости, и уже в 715 г. оказались участниками боевых действий своего собственного герцога Эвдо, а провансальцы – своего вождя Антенора. В эти боевые действия были втянуты даже силы за пределами традиционного франкского круга – превосходство Пипина всегда отчасти основывалось на успешном ведении войн именно таким способом. Одной из его жертв были фризы, которыми правил король Радбод, понесший тяжелые поражения в 690 и 695 гг. Но этот король оставался достаточно могущественным и после них настолько, что Пипин женил на его дочери своего сына Гримуальда, так что Теодоальд являлся внуком и Радбода, и Пипина. Поэтому король фризов был готов вмешаться, руководствуясь смешанными мотивами, так как решающее утверждение независимости стало для него манящей целью, будь оно достигнуто путем введения благодарного внука во власть или путем разгрома Карла Мартелла и его австразийских сподвижников.

В 715 г. положение Карла оставалось чрезвычайно опасным. Многие сторонники его отца собрались под его знамена, но коалиция его врагов по силам превосходила их, и первые приметы были далеко не благоприятные. Радбод нанес главе Франкского государства поражение в начале 715 г., но, быть может, на тот момент его австразийские сторонники собрались еще не полностью. Конечно, Карл сумел вернуть долг позже в этом же году и отбросил войска Радбода назад во Фризию, и это последний раз, когда мы слышим о Радбоде в этой войне, так что, по-видимому, эта победа оказалась крупной. Тем временем нейстрийцы не сидели сложа руки. Среди них быстро появился некий Рагенфрид – мажордом дворца, который действовал под удобным флагом Меровингов в лице сначала Дагоберта III, а затем после его смерти – Хильперика II. В апреле 716 г. и весной 717 г. произошли два значительных, но не решающих сражения, но к этому времени Карл нашел своего собственного Меровинга – Хлотара IV.

Решающая битва состоялась весной 718 г. Тогда в борьбу вступили аквитанцы под командованием герцога Эвдо, чтобы сбросить власть Австразии, которую теперь представлял Карл. Но на этот раз победа последнего оказалась решающей, и после нее он смог пройти по всей Нейстрии и захватить город Орлеан.

Недавняя военная победа перешла в длительный политический контроль. В частности, он назначил своих основных сподвижников на руководящие посты в Нейстрии (чего его отец никогда не делал), включая собственного единокровного племянника Хью, сына Дрого, который стал аббатом двух богатых монастырей и пяти епархий, включая Париж и Руан. К 720 г. положение Карла еще больше укрепилось (Хлотар IV умер), когда Эвдо передал ему Хильперика II и значительное количество богатств[201].

И хотя обстановка была опасной, к началу 720-х гг. Карл Мартелл прочно держал власть в своих руках. На тот момент внутренний спор Каролингов по вопросу престолонаследия закончился. Сын Дрого Хью получил хорошие отступные, но еще раньше он, очевидно, заявил о своей верности вождю франков. Другие потомки Дрого и Гримуальда по мужской линии оказались менее удачливы. Карл не приказывал их убивать, даже Теодоальда, но к 723 г. всех их благополучно заключили под стражу, где они и остались. Более того, Карл не только заново установил господство Австразии над Нейстрией, но и поднял его на новый уровень. Теперь в нейстрийском дворце не было больше мажордома – Карл сам назначал своих главных сподвижников на влиятельные и денежные должности в Нейстрии – такой шаг выходил далеко за рамки политических возможностей его отца. Пока еще старые ключевые регионы Бургундии, Прованса и Аквитании (не говоря уже о герцогствах-сателлитах) были независимы от его власти, но многие из этих территорий лишатся своей независимости перед смертью Карла Мартелла в 741 г.