Восстановление Римской империи. Реформаторы Церкви и претенденты на власть

Бог дал Карлу Великому беспрецедентные победы, чтобы христианская цивилизация могла восторжествовать в мире. И чтобы и дальше заслуживать Его поддержку, король (каким он еще был в 789 г.) обязан сделать так, чтобы это случилось. Этот необыкновенный текст охватывает в общей сложности восемьдесят две статьи, которые варьируют от общих мыслей о целомудренной жизни до чрезвычайно специфических мыслей о том, как следует проводить церковные службы, а также – о важности использования надежных гирь и мер и о справедливом суде. Для Карла Великого и его главных советников – светских и церковных – нет никакого различия между церковью и государством, мирским и священным. Империя Карла Великого была создана для исполнения воли Божьей не только в отношении религии, но и всех остальных сфер жизни. Такое представление полностью соответствует древнеримской имперской идеологии, оно поистине не более чем ее главное последствие, высказанное вслух; но это утверждение есть результат чрезвычайно тщательного исследования этого вопроса. Этот принцип последовательно сохранялся на протяжении всего правления и повторно возник – ненадолго – в общей характеристике цели Карла Великого в 812 г., составленной одним из ведущих церковников-мыслителей при его дворе:

«Ведь для него всегда дорого, чтобы епископы упражнялись в поиске Священных Писаний и разумного и здравого вероучения, каждый церковник – в дисциплине, философы – в знании божественных и человеческих вещей, монахи – в религии, все вообще – в безгрешности, примасы – в наставлениях, судьи – в справедливости, солдаты – в поражении цели, прелаты – в смирении, подданные – в повиновении, все вообще – в благоразумии, справедливости, стойкости, умеренности и согласии».

Судьи судят, солдаты поражают цели, а епископы изучают писания: обо всем можно сказать на одном дыхании. Программа Каролингов таким же образом не признавала фундаментального различия между этими видами деятельности. Все должно было быть по воле Божьей в империи, созданной Богом[282].

Так что Карл Великий, подобно многим завоевателям, имел преувеличенное чувство собственной важности и достаточно интеллекта, чтобы превратить его в ясные формулировки принципов, которые можно было назвать одним латинским словом correctio: желание исправить существующий образ жизни согласно христианской модели совершенства. Почему мы должны обращать внимание на всю эту нелепую чушь о построении царствия Божьего на земле? Как нам уже показала политическая хроника, его собственная семья не смогла поддерживать даже видимость братской любви после его смерти, и почти нет никаких признаков какой-либо крупной вспышки христианских ценностей в IX в. во Франкии в целом. Тем не менее план Карла Великого имел и по-прежнему имеет огромное значение. Король и его церковнослужители не просто провозгласили мечту, они попытались прожить ее. И благодаря своим беспрецедентным завоеваниям Карл Великий получил огромные ресурсы, чтобы посвятить ей себя, и более чем достаточное количество рычагов, чтобы заставить и других подписаться под этим проектом. Это позволило ему прежде всего собрать при своем дворе необычное количество ученых из различных областей знания, включая лучших, которых он нашел в разных уголках Западной Европы: Алкуина Йоркского (у которого тогда была одна из самых лучших библиотек в западном христианском мире), Теодульфа Испанского, Петра из Пизы и Павла Диакона из Италии, – если назвать лишь некоторых суперзвезд. Это непостоянная ассамблея ученых (отдельные люди приезжали и уезжали со временем) представляла собой уникальное собрание интеллектуальных талантов, которое мог организовать только правитель, обладавший богатством и размахом Карла Великого. И помимо того что они писали ему остроумные короткие хвалебные стихи и жаловались друг на друга, эти люди также связали себя участием в великом проекте христианской реформы, задуманной королем-императором. Вместе с самим Карлом Великим и большинством его ведущих светских и церковных советников они образовали команду, которая приступила к работе с целью построить христианское общество, представленное в Admonitio Generalis. Результатом стало полное преобразование церкви западного латинского христианского мира[283].