Восстановление Римской империи. Реформаторы Церкви и претенденты на власть

То, что так и оказалось, подтверждается следующим. Ученые Карла Великого сумели в конечном итоге внедрить свои исправленные тексты и знание классической латыни, гарантировавшее их точное воспроизведение, в рамках деятельности западной церкви. Это тоже стало частью изначального плана проекта. Самих ученых Карла Великого, многие из которых являлись серьезными и трудолюбивыми интеллектуалами, было не так уж и много: самое большее – несколько десятков человек. Если бы correctio с необходимой культурной инфраструктурой просто оставалось в проекте, его воздействие оказалось бы ограниченным. Например, до наших дней дошло не более дюжины рукописей, которые с какой-то достоверностью могут быть связаны напрямую со двором Карла Великого[288]. Но около девяти тысяч рукописей, многие из которых содержат несколько произведений, сохранились со времен Каролингов в целом (включая произведения классической литературы на латыни). Усилия ученых оказали свое воздействие, иными словами, благодаря тому, что их ценности и плоды их труда стали неотъемлемой частью более широкой интеллектуальной культуры западной церкви IX в.

Два необходимых инструмента для такого исхода уже существовали. С технической стороны первым инструментом был новый тип письма, используемый профессиональными копировальщиками, – мелкий курсивный шрифт (минускул). Некоторые его варианты использовались и до времен Карла Великого, но новый шрифт был мельче и более скорописный, чем старые унциальные шрифты. Это означало, что им можно было писать быстрее и помещать больше текста на странице. В мире, где рукописи стоили чрезвычайно дорого (учитывая стоимость пергамента и работы), это стало большим шагом вперед. Как и следовало ожидать, correctio Каролингов установило один конкретный курсивный шрифт как самую лучшую из всех возможных форм. Большинство из девяти тысяч рукописей времен Каролингов написаны этим шрифтом (хотя если у вас глаз наметан – чего нет у меня, – вы можете отличить почерк одного писца от другого)[289].

Сам по себе минускул мог ускорить выпуск книги и снизить затраты на ее производство, но процесс correctio сделал это и другими способами. На заре эры Каролингов у религиозных учреждений было больше денег, чем они могли потратить. Это обеспечили отчасти богатства, которые Карл Великий высвободил своими завоевательными походами. Он не основывал никаких монастырей, насколько мы можем судить, но делал уже имевшимся огромные подношения, равно как и многим соборам. Все митрополитские и архиепископские епархии его империи, например, получили по его завещанию особые дары. Однако со структурной точки зрения именно в эпоху Каролингов в западной церкви упрочилась практика взимания церковной десятины. Карл Великий не был в этом новатором, этот налог уже фигурировал на реформаторских церковных соборах, проводимых его отцом и дядей, Пипином и Карломаном, и являлся вторым инструментом, ожидавшим полного применения. Однако Карл Великий настаивал на том, чтобы церковная десятина уплачивалась, и всю свою власть направил на осуществление этого требования. В результате 10 процентов от валового внутреннего продукта (почти столько же, сколько в настоящее время развитые государства тратят на здравоохранение) теоретически были доступны для религиозных целей. Фактически действовали обычные правила. Церковная десятина принадлежала религиозным учреждениям, но различные представители класса землевладельцев имели права на эти учреждения, включая долю их церковной десятины, так что поступление 10 процентов на религиозные цели часто оказывалось проблематичным. Тем не менее доходы религиозных учреждений, безусловно, значительно выросли, и дальнейшие меры в ходе реформы Каролингов обеспечили возможность тратить часть дополнительных денег на преподавателей латыни и копирование тех текстов, которые ученые Карла Великого определили как ключевой инструментарий христианства[290].

Начиная с Admonitio большой акцент был сделан на том, чтобы соборы и монастыри имели свои собственные школы. Это стандартное требование законодательства Карла Великого, многократно повторяемое. Карл Великий и Людовик Благочестивый также проталкивали особые реформы, относившиеся к образу жизни тех, кто жил в этих соборах и монашеских общинах. Реформа духовенства, связанная с соборами (соборными канонами), началась еще до Карла Великого, но он удвоил усилия для ее осуществления, и одной из ее ключевых особенностей стало то, что от этих общин требовались школы, книги и гораздо большая заинтересованность в изучении христианства.