Восстановление Римской империи. Реформаторы Церкви и претенденты на власть

Им был Бруно фон Эгисхейм-Дагсбург, он же Лев IX (1049–1054). Благородного происхождения – двоюродный брат самих императоров Салийской династии, он получил образование в соборной школе города Тоула, где, если верить житиям того времени, у него с ранних лет и проявились все ожидаемые признаки расцветающей святости. Сюда входила и преданность святыням священного престола, которая побуждала его посещать Рим почти ежегодно. Однако если бросить беглый взгляд на повседневную жизнь крупного церковного учреждения X в., то это не делало Бруно тихим аскетичным простофилей. В житиях в равной степени прославляется – даже без тени смущения – осторожность и умение, проявленные молодым Бруно, когда ему пришлось вести отряд рыцарей своего епископа на войну. Своим чередом в 1026 г. он получил повышение – сан епископа Тоула и оказался пламенным сторонником и искоренения симонии, и недопущения браков церковнослужителей, и реформаторских усилий монахов монастыря Клюни. Ничто из этого не повлияло на него, и он как был, так и остался обычным немецким епископом знатного происхождения своего времени. Что выделяет его – так это ясность видения более значительной роли, которую папская власть могла играть в западноевропейской церкви, а также энергия и гибкость ума, которые он проявил во время своего относительно краткого правления, произведя настоящую революцию в ее деятельности.

Ясность цели у него проявилась с самого начала. Он был избран на должность папы своим двоюродным братом-императором, но отказывался принять ее (продемонстрировав, как рассказывают нам жития, необходимые сомнения) до тех пор, пока духовенство и народ Рима не оказались полностью готовыми поддержать его. Он явно имел в виду стать кем-то большим, чем еще один из многих посторонних людей, назначенных императором, которым неизменно не удавалось глубоко изменить местную направленность папской власти со времен краха империи Каролингов. Решающая и незамедлительная стратегия для достижения этих изменений должна была привлечь на его сторону ряд единомышленников-церковнослужителей изо всех уголков Западной Европы. Гумберта привезли из монастыря Муаенмутье, расположенного в бывшей епархии самого Льва. В его список вошли соборное духовенство (такие служители церкви, как Фредерик – брат герцога Годфри Лотарингского из соборной коллегии Льежа), а также итальянские священники (самый известный – некий Хильдебранд – к нему мы вскоре вернемся, – который изначально вышел из окружения Иоанна Грациана и впоследствии последовал за ним из Италии в ссылку в Клюни). Лев также поддерживал тесные контакты с выдающимся отшельником, интеллектуалом, который был Петром Дамианом родом из Равенны и получил образование в Северной Италии. Таким образом, Лев наводнил Рим реформаторами (некоторые из них жили в пределах границ империи, другие – за ними), представляющими все главные слои современного ему христианства: соборы, монастыри и даже более радикальное крыло – вроде Петра Дамиана, считавшего монастыри слишком роскошным местом для пребывания. Этих людей он поставил на высокие должности, в результате чего разорвал тесные узы между руководством римского духовенства и знатью Центральной Италии, и в ходе этого процесса перенаправил энергию всего института церкви на осуществлении проекта реформы.