Возвышение и упадок Банка Медичи. Столетняя история наиболее влиятельной в Европе династии банкиров

Помня о том, что со временем в данных городах будут созданы филиалы Банка Медичи, Бернардо надлежало исследовать обстановку, выяснить, как обстоит на месте дело с торговлей и хождением переводных векселей, а также выяснить силу и финансовое положение иностранных торговых банков в Брюгге, особенно тех, кто занимался обменными операциями. Как обстоят там дела у флорентийцев? И каково их мнение об экономических перспективах? Старшим партнерам не терпелось узнать, по-прежнему ли суд в Брюгге соответствует своей репутации и осуществляет быстрое и беспристрастное правосудие, когда речь заходит об иностранных банках. Старшие партнеры беспокоились лишь о том, что возобновление Столетней войны путем втягивания в конфликт герцога Бургундского (на стороне Франции) вызовет репрессии и серьезно осложнит торговые отношения между Англией и Фландрией[90].

Вероятно, по возвращении во Флоренцию Бернардо Портинари удалось представить благоприятный отчет, потому что в 1438 г. его снова послали в Нидерланды. Хотя он поселился в Брюгге, в марте и августе того же года он посетил ярмарки в Антверпене. Среди прочего ему поручили доставить папские буллы о назначении. Одна из них касалась епархии в Лондоне, а другая – епархии в Или. Данные поручения подразумевали, что он должен получить в лондонской компании Борромеи значительную сумму в 2347 фунтов гроот 18 ш. 4 п. Кроме того, Портинари инкассировал переводные векселя и написал Антонио Салютати в Феррару, что он отправит в Базель или Женеву партию английских ноблей (золотых монет), спрятанных в тюках с сукном. Он по-прежнему оставался простым фактором, потому что, судя по записям в libro segreto Банка Медичи, филиал в Брюгге появился лишь 24 марта 1439 г. (н. с.). Тогда организовали коммандитное товарищество, в которое Медичи вложили 6 тыс. камеральных флоринов. Всю сумму предоставил римский филиал. В соответствии с флорентийским законом 1408 г., римский филиал вошел в товарищество на правах вкладчика-коммандитиста, чья ответственность ограничивалась суммой вклада. Неизвестно, сколько внес Портинари; скорее всего, ни гроша. Тем не менее ему причиталась 1/6 прибыли, а старшим партнерам совместно – остаток.

Таблица 67

Чистая прибыль филиала в Брюгге в 1439–1443 гг. по флорентийскому стилю (все суммы приводятся в фламандских фунтах гроот, за исключением сумм в последней колонке)

Таблица 68

Чистая прибыль отделений в Лондоне и Брюгге в 1447–1450 гг. по флорентийскому стилю (все суммы приводятся в фунтах стерлингов, за исключением сумм в последней колонке)

^а Младшими партнерами были Джероццо де Пильи, которому причиталась /5 чистой прибыли, и Анджело Тани, которому причиталась 1/10 чистой прибыли.

^б Долю младших партнеров распределяли следующим образом:

Симоне Нори – 87 ф. ст. 18 ш. 1 п.

Анджело Тани – 117 ф. ст. 19 ш. 9 п.

Джероццо де Пильи – 165 ф. ст. 4 ш.

Итого: 371 ф. ст. 1 ш. 10 п.

^в Этот итог плюс 7183 счетоводных флорина 21 с. 9 д., итог из таблицы 67, дает в совокупности 17 788 счетоводных флоринов 12 с. 8 д., что соответствует цифре, приведенной в таблице 17.

В первые два года своего существования, 1439-й и 1440-й по флорентийскому стилю, дела в филиале в Брюгге шли довольно хорошо; чистая прибыль составила 670 фунтов гроот 3 п. После удержания резерва в размере 100 фунтов гроот Портинари получил 95 фунтов 3 п., а банк Медичи – 475 фунтов 1 ш. 2 п. И в последующие три года, 1441-1443-й, филиал показывал скромную прибыль (таблица 67). Однако за 1444–1449 гг. по флорентийскому стилю в libro segreto Банка Медичи нет ни следа какой-либо прибыли. Это значит, что прибыль между партнерами не распределялась. В 1450 г. филиал снова показал небольшую прибыль, которую суммировали с прибылью лондонского филиала. Поэтому сказать, сколько пришлось на долю Брюгге, невозможно (таблица 68). Почему филиал в Брюгге показывал такие плохие результаты в 1444–1450 гг.? Вопрос остается без ответа. Скорее всего, виновниками убытков стали должники, прекратившие платежи. Наверняка известно, что филиал в Брюгге терпел убытки из-за краха барселонских корреспондентов, банка «Джованни Вентури и Раккардо Даванцати и K°.», который обанкротился в 1447 г. Скорее всего, убытки были достаточно большими и поглотили существующие резервы, а также нераспределенную прибыль прошлых лет.

Барселона в то время оставалась важным рынком сбыта фламандского сукна, особенно более легких видов сукна из Верви. Филиал в Брюгге отправил туда одного из своих факторов, Аттавиано Альтовити, поручив ему попытаться вернуть хотя бы часть товаров, посланных «Вентури и Даванцати» на условиях консигнации. Удалось ли ему выполнить задание, неизвестно; возможно, его поездка вызвала только лишние расходы.