В конце того же 1932 года на Украину командировали Молотова, главу советского правительства, а вслед за ним — Кагановича. Они любыми средствами добивались выполнения заведомо нереальных планов хлебозаготовок. Украинские коммунисты, на которых наседали не только вожди из центра, но и ГПУ, выжимали что могли из голодавших крестьян. Те села, что так и не справились с заданием, заносили на “черные доски” — блокировали подвоз товаров первой необходимости, вроде спичек и керосина, и отбирали у жителей не только все зерно, но и скот, и все, что годилось в пищу. Зимой наверх снова стали докладывать о волне голодных смертей. К марту 1933 года смертность от голода стала массовой. Партийное начальство в тревоге бомбардировало Харьков и Москву просьбами о помощи. Крестьянам помогли, но слишком поздно и слишком мало — катастрофу было уже не остановить. Наивысшая смертность пришлась на позднюю весну и начало лета 1933 года, когда запасы были совершенно истощены. Многие погибли от того, что ели траву и незрелые овощи, — ослабленный длительным голодом организм не мог справиться с такой грубой пищей.
Особенно пострадали лесостепные Киевская и Харьковская области, по которым голод ударил еще весной 1932 года. Полумертвые крестьяне не сумели должным образом засеять поля, и низкий урожай яровых стал для них смертным приговором. К концу 1933 года каждая из двух областей потеряла до миллиона жителей. Житница украинского юга, Одесская и Днепропетровская области, — свыше 300 тысяч. Промышленный Донбасс голод задел несколько меньше — за 1933 год там умерло менее 200 тысяч человек. Степные районы относительно легко пережили первую половину 1932 года, поэтому число жертв большого голода там невелико на фоне лесостепных. К тому же в самые тяжелые времена люди могли спастись на заводах и стройках в Запорожье, Кривом Роге и городах Донбасса. А когда весной 1933 года Кремль озаботился продовольственной помощью, ее направляли главным образом в степную, а не Центральную Украину. Сталину требовалось новое зерно, и поэтому следовало сохранить тех крестьян, что производили больше всего хлеба. На гибель других можно было закрыть глаза. Всего голод на Украине унес около 4 миллионов жизней. Таким образом, с 1932 по 1934 год в УССР по этой причине умер каждый восьмой.
Голод преобразил советскую Украину. Сталин удержал ее под пятой, вычистив из партийного и государственного аппарата тех, кому совесть не позволяла отбирать у голодных последнее и уничтожать собственный народ. Из пятисот с лишним секретарей райкомов КП(б)У больше половины были уволены к лету 1933 года, многие — арестованы и сосланы. Остальные доказали делом, что готовы слепо придерживаться генеральной линии. Их в Кремле ценили (до поры до времени). Вывели таким чудовищным образом и новое, социалистическое крестьянство. Народ, пережив голодные годы, усвоил: хочешь жить — тяни колхозную лямку. Налоги с колхозников взимали по сравнению с единоличниками невысокие, а продовольственную помощь весной 1933 года давали только им. Власти достигли коллективизации почти всех крестьянских хозяйств, и это кардинальным образом изменило экономический, общественный и политический ландшафт украинского села.
Был ли Великий голод (Голодомор по-украински) преднамеренным геноцидом жителей Украины? В ноябре 2006 года Верховная Рада оценила его именно так. Постановления такого рода приняли органы законодательной и исполнительной власти ряда государств мира. Российское правительство в ответ развернуло международную пиар-кампанию в опровержение такой точки зрения. О характере голода на Украине до сих пор дискутируют ученые, им до сих пор спекулируют политики. Прежде всего речь идет о применимости термина “геноцид”. Но вокруг фактической картины голода 1932–1933 годов и ее интерпретации понемногу возникает общий консенсус. Большинство исследователей согласны в том, что причиной голода служила политика властей. И что голод, который поразил также Северный Кавказ, Нижнее Поволжье и Казахстан, только в УССР стал следствием мер с явной этнической направленностью. Именно в 1932 году Сталин решил провести чистку кадров КП(б)У и начать свертывание украинизации. Эта катастрофа глубоко травмировала украинское общество и надолго подорвала его волю к сопротивлению режиму.
Сталин сделал искусственный голод методом превращения Украины в “образцовую республику”, как он выразился в письме Кагановичу. Превращение вполне автономной и подчас строптивой республики в обычную провинцию советской империи завершилось с переводом столицы из Харькова в Киев, чьей интеллигенции, изнуренной репрессиями, большевики могли уже не опасаться.