Всё о кино за 12 часов. Краткая история кинематографа

Боевик, триллер, хоррор, полицейский процедурал[73] – все эти жанры играют с напряжением. Мы постоянно задаем вопросы о том, что происходит, почему и кто за этим стоит. Это может происходить от момента к моменту («Кто-нибудь прячется в шкафу и вот-вот выпрыгнет?») или на протяжении всего фильма. Например, кто такой Кайзер Созе в «Подозрительных лицах» (1995)? Какова природа образа действий злодея? Кто плохой парень? И в каждой конкретной сцене – что произойдет или что происходит? Наше замешательство и попытки решить головоломку вместе с главным героем – часть удовольствия. В боевиках, однако, вопрос не столько в том, что происходит или кто это сделал, сколько в том, как главный герой собирается справляться с кризисом или проблемой.

Надо сказать, что между триллером, боевиком и многими другими жанрами, включающими их элементы, существует большая текучесть, они могут плавно перетекать один в другой. Как отмечалось в предыдущей главе, саспенс может исходить от сюжета или от того, что нам, зрителям, позволено видеть. Например, мы осознаем опасность до того, как главный герой осознает ее. Но главный вопрос – что и как – заключается в различии между нашими классификациями триллера и боевика.

Чтобы понять это, рассмотрим два очень популярных полнометражных телесериала. «Телохранитель» (2018), снятый компанией BBC, обладает огромным количеством динамичных сцен, но большая их часть направлена на то, чтобы главный герой мог ответить на вопрос, что происходит или кто за этим стоит. Особенно это касается захватывающей вступительной сцены, действие которой разворачивается в поезде. В ней главный герой осознает, что существует потенциальная террористическая угроза, и пытается выяснить, кто террорист, что он собирается совершить и как его обезвредить. Затем он встречает героя, который, по-видимому, стал жертвой террористов, – женщину, привязанную к взрывному устройству. Или она сама и есть террористка?

Напротив, есть очень похожий по стилю и даже формату сериал под названием «Ночной агент» (2023). В его начальной сцене главный герой также находится в поезде, в данном случае в метро. Он видит, как мужчина в капюшоне оставляет портфель под сиденьем перед выходом из вагона. Главный герой сразу подозревает, что это бомба. Он открывает сумку и видит, что так и есть. С этим разобрались: причина, по которой мы заинтересованы и хотим смотреть, заключается в неминуемой опасности. Нам любопытно посмотреть, как главный герой спасет положение.

Он делает это, нажимая на аварийный тормоз, в результате чего поезд резко останавливается. Он кричит, чтобы все сошли с поезда, хватает застывшего от шока ребенка и спрыгивает как раз в тот момент, когда позади него раздается взрыв.

Сведя к минимуму ущерб от этого терракта, наш герой садится на бампер машины скорой помощи, когда видит подозрительно выглядящую фигуру из метро прямо в собравшейся перед ним толпе. И снова нет никаких сомнений в том, кто именно плохой парень. Главный герой бросается в погоню. Вопрос не в том, кто злодей, а в том, как главный герой его задержит.

«Телохранитель» гораздо более захватывающий и эффектный, чем «Ночной агент», при этом доставляющий удовольствие. Чего не хватало «Ночному агенту», так это интриги. Мы почти не пытались угадать, кто плохой парень или что именно происходит. Там было несколько поворотов, но они были относительно ровными. Боевик, в котором вообще нет (или почти нет) сюжетных твистов или неожиданностей, может вызывать восхищение, но тогда он превращается либо в фильм-погоню, либо в фильм, который мы отнесем к категории «торжество насилия».

Фильм-погоня

Одними из самых запоминающихся моментов в боевиках являются погони: бегом, на машинах, как угодно. Погони придают действиям остроты. Сцены погони могут стать продолжительными декорациями или кульминационным моментом фильма, поскольку они кажутся более масштабными и проработанными, чем другие, менее подвижные эпизоды. Сложность в режиссуре остросюжетных фильмов заключается в том, что действие должно становиться все более интенсивным, вовлекать все больше людей, увеличивать количество жертв, нагнетать темп или опасность по мере продолжения – в противном случае может возникнуть ощущение разочарования.