Все под контролем

Дорога до «Экономи-инн» заняла у нас почти час. Я проехал на стоянку и велел Келли ждать меня, никуда не выходя из машины. Если она и услышала меня, то никак не прореагировала. Я повторил только что сказанное, она кивнула.

Я поднялся наверх, вытащил пистолет и вошел в номер. Сдвинул буфет в сторону, причем телевизор грохнулся на пол, и сорвал с дискеты клейкую ленту. Если бы Лютер и компания были связаны с ВИРА, они знали бы, что у меня есть дискета, — или хотя бы предполагали. Отыскав черную сумку, я прошел в ванную, бросил в ванну два полотенца и включил воду. Пока полотенца мокли, я достал из ящичка пластиковый стиральный мешок. Положил в него мокрые полотенца и немного мыла. Выходя из номера, я оставил табличку «Не беспокоить» на дверной ручке.

Келли по-прежнему лежала, свернувшись на заднем сиденье. Мы направились к отелю «Мэрриотт».

30

Я припарковался рядом с цепочкой легковых автомобилей и крытых грузовиков и повернулся, чтобы достать полотенца. Когда я открывал дверцу, Келли бросилась мне на грудь и крепко обвила руками. Ее всю трясло.

Я приподнял ее голову, лежащую у меня на плече. Кровь парня, которого я ударил, забрызгала мой пиджак, и теперь следы ее остались на лице Келли, смешиваясь со слезами.

— Теперь все хорошо, Келли, правда хорошо. Все позади, — шепнул я.

Она еще крепче прижалась ко мне. Ее теплые слезы стекали у меня по шее.

— Мне надо сходить и достать другую машину, — сказал я, — поэтому я хочу, чтобы ты осталась здесь. Я скоро вернусь.

Я попытался приподнять ее, чтобы посадить обратно на сиденье, но она противилась, уткнувшись лицом в мое плечо. Сквозь пиджак я чувствовал жар ее дыхания.

Положив руку ей на затылок, я ласково и осторожно потрепал девочку. В какой-то момент я и сам перестал понимать, кто к кому прижимается. Мысль о том, что происходит и кто может стоять за этим, перепугала меня до смерти. Мне нужно было, чтобы Келли подтвердила слова Лютера, хотя момент был не самый подходящий.

— Келли, ты знаешь Лютера? Это правда, что он заходил к папе?

Плечом я почувствовал медленный кивок.

— Я никогда больше не оставлю тебя одну, Келли. Давай слегка умоемся, ладно?

Вытирая ее лицо влажным полотенцем, я постарался, чтобы голос мой звучал как можно радостнее.

— Если будешь со мной, я, пожалуй, поручу тебе действительно важную работу. Присмотри за сумкой, пока я буду ходить за машиной, хорошо?

— Хорошо.

Пока она вытиралась, я проверил содержимое бумажников. В общей сложности двести долларов.

Стоянка окружала всю гостиницу и освещалась только светом, падающим с улицы. Чтобы люди могли проще найти свою машину, ее территория была поделена кустами высотой по пояс и деревцами, растущими по периметру. Местечко было темное.

Я посадил Келли в кусты и поставил рядом сумку.

— Спрячься здесь, пока я не возьму машину и не приду за сумкой, хорошо?

— А я тебя разгляжу? — шепнула она, поднимая капюшон. С листьев капало, и ее пальто уже промокло. — Я хочу тебя видеть.

В длинном ряду машин мне приглянулся семейный «додж».

— Видишь вон ту большую синюю машину? — спросил я. — Это та самая, которую я хочу взять.

Я не хотел говорить ей, что собираюсь угнать автомобиль; это показалось бы безумием после только что случившегося.

Чтобы взломать замок, мне потребовалось минут пять, но зато машина завелась с первого раза. Я включил «дворники» на полную, протерев изнутри лобовое стекло рукавом. Сдав назад, к кустам, я остановился и вышел. Широко улыбаясь, Келли забралась на переднее сиденье, и мы тронулись с места. Я затормозил:

— Пристегни ремень!

Келли так и сделала.

Мы поехали по девяносто пятому на юг. Не доезжая примерно двадцати миль до съезда на Лортон, мы наткнулись на выставленный дорожный знак, предупреждающий, что движение впереди перекрыто. Когда мы проезжали по мосту, я посмотрел вниз, направо, и с высоты птичьего полета увидел фотовспышки. Полицейских машин было видимо-невидимо, красно-синие мигалки озаряли тьму. Я не стал сбавлять скорость, как остальные машины, чтобы получше разглядеть случившееся.

Счетчик горючего показывал, что бак полон на три четверти, так что мы сможем проехать еще приличное расстояние до очередной заправки. Я включил приемник и начал искать новости.

Движение было довольно оживленным, и это играло нам на руку: мы стали одними из многих. Но сама магистраль была гипнотически скучной. По крайней мере, дождь перестал.

Примерно через сотню миль я почувствовал, что окончательно выдохся, и глаза у меня стало пощипывать. Я остановился на заправку как раз на границе Виргинии и Северной Каролины, а затем снова взял курс на юг. Келли спала на заднем сиденье.

К часу ночи мы проехали около ста семидесяти миль, но по крайней мере с большей скоростью — уже не шестьдесят, а семьдесят миль в час. То и дело попадались большие придорожные щиты с изображением комичного мексиканца, рекламирующего нечто с названием «Южная граница». Это будет нашей следующей остановкой на отметке 200 миль.