Вверх по Меконгу (сборник)

Джованни хотел возразить, сказать, что никакие силы не смогут разлучить их, но грянул гром. Раскат был таким сильным, что Джованни зажал уши. За первым раскатом последовал второй, третий, четвертый. Молния располосовала небо надвое. Сквозь разорванную черноту туч просияло солнце, окруженное радужным нимбом, и поспешно удалилось, уступив место краскам бури – серо-бурым с фиолетовым оттенком, к которому примешивалась холодная стальная гамма.

– Разлука неизбежна, – сказал Антонелло, сделав большой глоток вина. – Тебе пора возвращаться в Рим, мой мальчик. Пришло время показать твои работы людям. Тебя ждет большое будущее, и я счастлив, что в твоем успехе есть и моя заслуга.

– Если бы не вы, Джордано, то… – воскликнул Джованни, но Антонелло отмахнулся.

– Прекрати. Ты прекрасно знаешь, что если бы Творец не даровал тебе талант, то я был бы бессилен что-либо сделать. Помни об этом. Не забывай наших бесед. Живи с большой буквы. Живи так, как я учил тебя, Джованни. Сверяй ритм своего сердца с ритмом вечности. И еще, – Джордано пристально посмотрел в глаза Джованни. Не в глаза, в душу. – Когда ты встретишь ту, которую должен встретить, пообещай, что ты приведешь ее сюда, в Сьюдад Энкантада. Я должен увидеть ее. Дол-жен! – он залпом допил вино и поднялся.

– Я выполню вашу просьбу, – сказал Джованни.

– Я знаю, ты сейчас думаешь о том, что я болтаю вздор, что я спятил, повредился в рассудке. Да, в восемьдесят лет можно потерять разум, но уверяю тебя, с моим рассудком все в полном порядке, – глядя на Джованни сверху вниз, проговорил Антонелло.

– Нет, учитель, – сказал Джованни, вставая. – Я подумал, откуда Джордано все это знает?

– Я колдун, – усмехнулся Антонелло, похлопав Джованни по плечу. – Я – маг, чародей, волшебник. Я могу заглядывать в будущее, но никогда не злоупотребляю своим даром. Сегодня – исключение. Я знаю, что дни мои сочтены…

– Нет, – прошептал Джованни, побледнев.

– Не беспокойся, – улыбнулся Джордано. – Это случиться через несколько лет после того, как я увижу твою избранницу, которая будет похожа…

– На вашу Веронику?

– Нет, – покачал головой Джордано. – Она будет другой. Это будет девушка, пришедшая из седьмого измерения. Поэтому ты не сможешь пройти мимо нее.

– Как я ее узнаю? – поинтересовался Джованни, не очень доверяя словам учителя. Откуда Антонелло мог знать, что произойдет через год, два, пять лет, если даже завтрашней день был для него загадкой.

– Ты узнаешь ее по сиянию далеких звезд и по тому, как будет светиться в ночи ее кожа, – таинственным голосом прошептал Антонелло. Джованни вздрогнул. Про свою лесную фею он не рассказывал никому. Как Джордано узнал? Может, он и в самом деле колдун?

Джордано рассмеялся и ушел в дом. Джованни еще долго сидел в саду теней, наблюдая за разбушевавшейся стихией.

Ночью Джованни приснился сон, о котором он мечтал несколько лет. Он вновь оказался у лесного ручья, где играла водяными струйками фея. Ее кожа светилась. Волосы отливали серебром, а струйки, проливающиеся сквозь пальцы, были радужными.

– Как я рад вас видеть! – воскликнул Джованни, сделав шаг вперед. Фея выплеснула воду из рук и поднялась. Она была очень высокого роста. Джованни пришлось задрать голову, чтобы видеть ее лицо с темно-коралловым изгибом губ.

– Я пришла сказать вам, что вас ждет всемирная слава, – в ее голосе Джованни уловил нотки презрения.

– Зачем она мне? – искренне удивился он. Он был расстроен предстоящей разлукой с учителем. Ему не хотелось ехать в Рим, и уж тем более ехать туда за всемирной славой. – Она мне не нужна.

– Она нужна вам, чтобы ваш дар не пропал бесследно, – чуть смягчившись, проговорила фея. – Вам только следует помнить: дар – это то, что вы получили даром. Даром получили, даром отдавайте. Это значит, не прилагайте сердца своего к той шумихе, которая поднимется вокруг вас. Не нужно желать, чтобы о вас говорили все. Нужно желать, чтобы о вас не говорили плохо. Вы отвечаете за свой дар. Он дан вам лично. Берегите его, не разменивайте на славословие, на сластословие, на многословную зависть, лесть и лживость.

Фея коснулась его рук, кистей, пальцев своими светящимися руками и исчезла. Вместе с ней исчез и сон. До рассвета Джованни не сомкнул глаз. Он лежал и смотрел на скользящие по потолку тени и думал, думал, думал о случайных неслучайностях, о замысловатых переплетениях судеб и о предстоящих встречах. Но больше всего он почему-то думал об одной встрече с неизвестной ему девушкой, похожей на лесную фею.

Всемирно известный Джованни Виченцо вернулся к озеру Комо через десять лет.

– Вы один? – обняв его, спросил Антонелло.

– Нет, мой дорогой друг, со мной приехали молодые художники, – ответил он. – Мы решили отпраздновать ваш юбилей по-особому. Мы хотим поиграть в художников высокого Возрождения. А вас мы назначаем Дожем Венеции. Вы согласны, Джордано?

– Согласен ли я быть Дожем Венеции? – хитро улыбнулся Антонелло. – Я мечтал об этом всю свою жизнь. Лучшего подарка вы не могли для меня сделать, мой мальчик.

– Итак, приступим к…