<p>Янка Рам</p><p>Выйду замуж за спасателя</p>

<p>Пролог</p>

У кабинета в "Опеке" я жду свою очередь не одна. Рядом какой-то помятый, небритый, огромный мужик в хаки, капюшоне, темных очках и синяком на скуле.

Опасливо оглядываюсь на него, ожидая, что с его стороны пахнёт перегаром. Тут всяких неблагополучных пруд пруди...

Принюхиваюсь.

Но пахнет от него не алкоголем, а костром.

Я и сама выгляжу как заправская алкашка, проревев всю ночь от беспомощности и обиды. С гулькой на голове и сером спортивном костюме, который мне благополучно забрызгал грязью таксист.

Из кабинета выходит Ольга Васильевна, которая занимается моей семьёй, с какой-то бумажкой в руках.

— Добрыня Никитич? — переводит взгляд с меня на мужика.

— Я, — сурово басит он, засовывая руки в карманы штанов и вставая в вызывающую позу.

— Добрыня?.. - стягивает очки пониже. — Имя такое?

— А чё не так?

— Хм.... В общем, Добрыня Никитич, теперь вами заниматься буду я. Материалы я изучила. Хорошую характеристику дать не могу.

— Почему? — практически с угрозой.

— Старший — курит. Младший — хамит учителям и прогуливает. Устроил в школе ЧП. На собраниях вы не появляетесь....

— Да работа у меня! — возмущённо.

— Ремонт не доделали... Дети живут в неподобающих условиях.

— Доделаем мы, — морщится.

— А что с вашим лицом? — подозрительно. — Вы с похмелья?

— Нет. На вызове отравился угарным газом. По работе...

— Ну, Вы всё-таки принесите с работы характеристику тоже. Но это не главное. Главное, соседи пишут, что вы в ночные смены уходите, а дети — одни, без присмотра. Вчера, например.

Раздражённо делает глубокий, терпеливый вдох.

— Поэтому, я считаю, что надо отдать мальчиков матери. Жена ваша....

— Бывшая, — поправляет недовольно.

-...В правах не ограничена. Постановления суда о том, с кем проживать будут дети у вас нет. А так как семья у нее теперь полная...

— Какая у нее "полная семья"?! — оскаливается он. — Дети с рождения со мной живут!

— Это вы нигде, к сожалению, не фиксировали. На алименты не подавали. Значит, и задолженности перед детьми у нее нет. А она теперь замуж она вышла. И имеет приоритет в глазах закона на опеку детей. Семья полная, мать — "в правах", доход и характеристика хорошие, квартира трёхкомнатная.

— Охренеть!

— Ну.... - разводит руками Ольга Васильевна. — Говорю как есть. Что ж Вы не женились, Добрыня Никитич? Сейчас бы и вопрос не стоял... А у вас старший на учёте!

— Так... Драка! Пацан же....

— Воспитывать надо! Драка.... Это что — оправдание? Мальчика избил.

— А надо было стоять, чтобы его "мальчик" избил?

Мне хочется пнуть ему по берцу, чтобы не спорил. В ними нельзя спорить, только каяться и обещать что больше ни-ни.

Почему-то я верю этому мужику, что отец он нормальный. А до него просто докопались, как до меня.

— Женились бы.... Был бы другой разговор. Женщина, она всё-таки больше детям дать может.

Грозно открывает рот, чтобы выдать тираду.

Всё-таки, пинаю ему слегка, прокашливаясь.

Сдувается.

— Да, вашу мать.... Самостоятельные у меня пацаны, ясно? И я их нормально воспитываю. Как мужчин. Точно, получше их матери.

— Ну, не знаю... не знаю....

— Ольга Васильевна, — выхожу чуть вперёд. — А мы?..

— Вера Пална, да? Для вас у меня тоже плохие новости. Младшая в очередной раз с травмой, так? Который раз за последний год?

— Ну что ж я сделаю, если она растяпа? Где мне ей индивидуальную службу спасения взять??

— Плохо присматриваете! А старшая фотографии голые в профиль соц. сети выложила. Тоже растяпа?

— В купальнике!

— В купальнике — это на пляже, Вера Пална. А дома в кровати — это "голые". А ведь ей только четырнадцать, — осуждающе.

Прибью заразу!

— Неуспевающая к тому же.

— Только по физ-ре!

— Не могу дать хорошую характеристику. Младшая в синяках постоянно. С инспектором разговаривает через губу. На контакт не идет. Запугали ребенка?

— Я?!

— И зуб выбит. А в прошлом месяце глаз был, в позапрошлом ушиб.... - читает с листочка. — Бьёте?

— Господи! Нет, конечно! Она об стол ударилась.

— А у отца девочек, Анатолия Степановича, полная семья и своя квартира. Работа хорошая. Братьев и сестер стараются не разлучать. А там ребёнок родился. Боюсь, что... прав у него на ваших девочек больше. Да и адвокаты у него посолиднее.

Его адвокаты — это мое фиаско.

— Но это мои девочки!

— Официально Вы не трудоустроены, доход подтвердить не можете, своего жилья нет. Снимаете однокомнатную, по площади — не попадаете в минимум. Семья не полная. Пособия на детей не оформлены. Запаса еды в холодильнике нет.

— Мы заказываем!

Отмахивается.

— Был бы ещё муж работающий. А так.... Шансов у вас мало.

Ольга Васильевна заходит в кабинет.

Да я за черта замуж готова, только где его взять?!

Мы медленно разворачиваемся с этим здоровенным, с подозрением оглядывая друг друга с ног до головы. Долго, дотошно, пытливо.

Снимает очки. Глаза красные, убитые.

— Кем работаете? — спрашивает требовательно.

— Книги пишу....

— На дому значит? Подходит.

— А Вы?

— Спасатель.

О-о-о-о! Мне очень нужен спасатель!

— Добрыня Саянов, можно — Добрый, — представляясь, протягивает мне свою огромную руку с улыбкой.

Улыбка у него.... ничего такая. Располагает.