Читаем Взгляд на просвещение в Китае. Часть I полностью

На деревенскомъ пирѣ преимущественно соблюдаютъ два обряда; подчивать и читать законы. Когда распорядитель встанетъ посреди зала, то служитель подаетъ ему кубокъ съ виномъ. Распорядитель, принявъ кубокъ, говоритъ къ присутствующимъ: "Деревенскій пиръ не для того учрежденъ, чтобы здѣсь пить и ѣсть; но чтобы выставить важность обрядовъ и просвѣ щенія. Здѣсь младшіе поучаются отъ старшихъ соревнованію въ усердіи къ Престолу, въ почтеніи къ родителямъ. Здѣсь каждый поучается соблюдать свои отношенія: старшій братъ дружелюбіе къ младшему, младшіе уваженіе къ нему, въ семействѣ; любовь между родными, внѣ согласіе съ сосѣдями, и симъ образомъ поддерживаются въ нравственности, къ славѣ родившихъ." Послѣ сего пантомимисты и музыканты Областнаго Училища, избранные изъ Студентовъ, составляютъ оркестръ по западную сторону крыльца и поютъ извѣстныя четыре канта, въ коихъ изображается любовь къ роднымъ и благонравіе. Четверо поютъ на голосахъ, четверо играютъ на гармоникахъ, четверо на флейтахъ, четверо на гобояхъ, трое на гусляхъ, одинъ на сэ (видъ кимвала), одинъ на висячихъ блюдцахъ, одинъ бьетъ въ литавру и одинъ въ дощечки (вмѣсто камертона). По окончаніи кантовъ поперемѣнно одинъ изъ пѣвчихъ поетъ и одинъ играетъ на гармоникѣ, чѣмъ и оканчивается пиръ[18].

Церемонія угощенія новыхъ Кандидатовъ состоитъ въ слѣдующемъ:

На Губернскомъ испытаніи за день до вступленія въ Экзаминальный дворъ, Областной Правитель въ Правленіи угощаетъ Чиновниковъ, назначенныхъ быть при испытаніи; a на другой день по выходѣ изъ Экзаминальнаго двора дѣлаетъ вторичное угощеніе, на которое приглашаются всѣ получившіе степень Кандидата. Въ Пекинѣ въ день перваго угощенія Чиновники, назначенные быть при испытаніи, по выходѣ изъ дворца садятся на верховыхъ лошадей, и предшествуемые музыкою и церемоніальнымъ кортежемъ, пріѣзжаютъ къ воротамъ Областнаго Правленія, гдѣ Помощникъ Правителя встрѣчаетъ ихъ и вводитъ во внутренній дворъ. По входѣ на крыльце всѣ становятся предъ столомъ съ куреньями въ ряды и совершаютъ троекратное колѣнопреклоненіе съ девятью земными поклонами. Послѣ сего входятъ въ залъ, гдѣ по привѣтствіи другъ другу легкимъ наклоненіемъ головы, садятся за столъ. По окончаніи стола вторично совершаютъ поклоненіе предъ столомъ съ куреніемъ: послѣ чего Главноуправляющій и Областный Правитель провожаютъ гостей въ Экзаминальный дворъ, гдѣ и сами остаются. Точно такимъ же образомъ дѣлается угощеніе и по выходѣ изъ Экзаминальнаго двора, но только съ прибавленіемъ столовъ для новыхъ Кандидатовъ, располагаемыхъ по обѣимъ сторонамъ помоста (на дворѣ). Гости по возвращеніи изъ дворца совершаютъ обрядъ поклоненія, входятъ въ залъ, и по взаимномъ привѣтствіи садятся, a первый Кандидатъ съ товарищами совершаетъ обрядъ благодаренія. Они становятся на колѣни, и по порядку кланяются Чиновникамъ, бывшимъ при испытаніи. Высшимъ дѣлаютъ по четыре поклона, на которые тѣ не отвѣтствуютъ; среднимъ по четыре, a сіи отвѣтствуютъ имъ двумя; низшимъ по два, на которые и они отвѣтствуютъ двумя же.

Церемонія при полученіи степени Магистра заключаетъ въ себѣ три обстоятельства: утвержденіе новыхъ Магистровъ, угощеніе ихъ и благодареніе, приносимое ими въ храмѣ Мудреца Кхунъ-цзы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

Публицистика / История / Образование и наука
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное