Зачем России Марин Ле Пен

Сама Марин в ходе своего визита в США в 2011 году провела встречи на более высоком уровне – с представителем Израиля в ООН, а также с руководством Американо-израильского комитета по общественным связям, одной из самых влиятельных сионистских организаций в США («Medialibre», Франция. 19.01.2012). Правда, в интервью «Гаарец» Марин высказалась против продолжения строительства израильских поселений, но заявила, что «Национальный фронт» всегда был сионистским и поддерживал право Израиля на существование»

(Haaretz, Israel. 07.01.11).

Марин Ле Пен утверждает, что сегодня в Европе антисемитизма нет, он, по ее словам, «исчез после Второй мировой войны». Появился и нарастает новый антисемитизм – исламский. «Во Франции сегодня, – говорит Марин, – есть целые районы, куда лучше не показываться, если ты еврей, женщина, гомосексуалист или просто обычный белый француз». И это мнение разделяют многие евреи Франции. С каждым днем среди них все больше тех, кто поддерживает «Национальный фронт». Среди лидеров еврейской общины в последние годы наблюдалась явная обеспокоенность по этому поводу – от Саркози многие французские евреи отвернулись, во-первых, за его резкую критику в адрес Израиля и непосредственно премьера Нетаньяху, и поддержку палестинских лидеров, а во-вторых, за флирт с исламистами в рамках проекта «Ислам во Франции».

Попытки Марин наладить отношения с еврейской общиной во Франции, однако, далеко не всегда имеют успех. Так, Ришар Праскье, президент объединения французских евреев КРИФ считает, что успех проводимой Марин Ле Пен «дедемонизации» «Национального фронта» делает ее даже более опасной, чем ее отец. Израильское посольство в Париже придерживается того же мнения, прежде всего потому, что Марин не выступила с осуждением своего отца за его антисемитские высказывания и не отмежевалась от них должным образом. Это, в общем-то, не так. Марин обвинить в антисемитизме трудно. Еврейский философ Алэн Финкелькро, живущий во Франции, считает, например, что «антисемитизм ультраправых во Франции кончился. Ле Пен – антисемит, но его дочь определенно нет» (Haaretz. 07.01.11). Именно поэтому за диалог с «Национальным фронтом» и с Марин Ле Пен, как его новым лидером, выступили столь влиятельные в еврейской общине Франции руководители еврейских организаций, как Анри Айденберг и Тео Клайн. Клайн человек мудрый. Я у него брал в свое время интервью для «Правды» и могу подтвердить, что он прекрасно разбирается не только в политике, но и в людях. Корреспондент «Гаарец» после интервью с Марин пришел к выводу, что она «решила очистить свою партию от антисемитских провокаций своего отца с помощью своей политики «дедемонизации». Она хочет вывести «Фронт» из его расистского гетто и превратить его в массовую легитимную партию»

(ibid.) Наблюдение верное. И, как мы видели, Марин это удается.

В марте 2011 года Марин Ле Пен во время визита в США, посетила Мемориальный музей Холокоста в Вашингтоне. Конечно, все это восприняли, как шаг в направлении все той же «дедемонизации» НФ и как ее попытку дистанцироваться от отца. Эта тактика в конечном итоге себя оправдала в самый критический момент. Перед окончательным утверждением кандидатов Марин Ле Пен не хватало голоса всего одного поручителя для выдвижения ее кандидатуры на президентских выборах в апреле 2012 года. Срок подачи списков поручителей, которыми по французским законам могут быть только народные избранники (мэры и др.) истекал 16 марта. Всего за два дня до этого последним, пятисотым, гарантом Марин Ле Пен стал, к всеобщему удивлению, французский еврей, живущий в Иерусалиме – Сильвен Семхун (Sylvain Semhoun), депутат Ассамблеи французов-экспатриантов.

О том, что побудило иерусалимца Сильвена Семхуна поспешить на помощь Марин Ле Пен, он рассказал в интервью французской редакции радиостанции «Седьмого канала»: «Я не вступил в НФ. Я настоящий демократ, республиканец, и моя позиция это доказывает. Я считаю ненормальным, когда много миллионов французов хотят проголосовать за какого-то кандидата и не могут это сделать. Это абсурд. Если это произойдет, Францию нельзя будет считать демократическим государством. Демократия подразумевает мирное столкновение различных течений в ходе выборов. А иначе это столкновение выплеснется на улицу, что может кончиться гражданской войной.