Загадка «Пурпурного императора». Загадка ледяного пламени

– Знаю, будь такая возможность, вы сделали бы именно так, – подтвердил он, стараясь говорить как можно мягче. – И даже знаю, что́ любовь хорошенькой женщины, вроде вас, способна сделать с мужчиной. Но скажите мне начистоту. Та история… история вашего револьвера. Насколько все это правда? Вы можете поручиться за слова своего дяди? Он и в самом деле застрелил пса Франко из этого револьвера? Вы точно помните? Простите, что задаю эти вопросы; не то чтобы я сомневаюсь в словах господина Брелнера, но теперь буду хвататься за любую соломинку, лишь бы спасти жизнь вашего жениха. Поэтому вы должны меня понять, и не стоит ничего от меня утаивать, все секреты должны быть раскрыты. Так что примите мои самые искренние извинения – и расскажите все, не умалчивая ни о каких деталях.

Антуанетта наморщила лоб, сведя брови в одну линию, словно и впрямь пытаясь припомнить что-то, а потом несколько раз коснулась указательным пальцем своих полуоткрытых губ.

– Да, – произнесла она наконец. – Похоже, все так и было, господин Хэдленд. Я еще с месяц не могла забыть о смерти бедного Франко. А потом это событие само собой выпало у меня из головы. Но теперь я вспомнила все нюансы. Мой дядя сказал правду, мистер Хэдленд, готова заверить вас в этом.

Клик тяжело вздохнул.

– Тогда я задам вопрос по-другому, мисс Брелнер: вы уверены, что ваш дядя, господин Брелнер, воспользовался именно этим револьвером, чтобы застрелить пса? Попытайтесь припомнить. Он тогда говорил вам, что брал револьвер? Вот что важно.

Девушка пожала плечами.

– Сейчас мне тяжело вспомнить… Попробую. Однако вам нет причины подозревать моего дядю, господин Хэдленд, поскольку он любит сэра Мерритона ничуть не меньше меня. Он бы с удовольствием помог разгадать все эти страшные загадки, если бы знал ответ. Думаю, дядя что-то объяснял мне тогда… Нет, не помню дословно, что он сказал, но уверена: он не стал бы обманывать.

– И все же, мисс Брелнер, вы не можете вспомнить точно его слова?

– Нет. Но я убеждена, что он не врет.

– Хорошо, тогда нам стоит попробовать проскользнуть в другую лазейку. Я обещал сэру Найджелу, что поговорю с вами, мисс Брелнер. Вам не надо так уж убиваться, хотя, должен предупредить, эта задача довольно трудная. И если вы узнаете, что я все бросил и уехал в Лондон, не слишком удивляйтесь. Есть разные способы ведения дела, и порой они не видны простому стороннему наблюдателю, не знакомому со всеми перипетиями нашей работы. Однако я попросил бы вас никому – подчеркиваю, никому – не сообщать о нашей беседе. И будьте уверены: все необходимое, чтобы освободить вашего жениха, мы сделаем. Ну а теперь мне остается лишь попрощаться.

Антуанетта протянула руку, и инспектор галантно поцеловал ее, произнеся что-то вроде «До свидания».

На какое-то мгновение их взгляды встретились, и Клику показалось, что девушка пытается заглянуть ему в душу, чтобы понять, насколько он искренен. Неизвестно, что она увидела в его суровом взгляде, но лицо ее расплылось в слабой улыбке.

– У меня такое ощущение, господин Хэдленд, что вы хороший человек, настоящий друг сэра Мерритона – и мой тоже. Так, по крайней мере, шепчет моя интуиция. Я постараюсь спокойно пережить эти ужасные события. Кроме того, обещаю, что никто и никогда не узнает о нашем разговоре, если мое молчание и в самом деле поможет Найджелу. Однако я попросила бы держать меня в курсе событий. Вы сообщите мне, как продвигается ваше расследование?

– Лишь то, что сумею. Все зависит от множества обстоятельств, мисс Брелнер. Надеюсь, вы скоро услышите новости. Я, как и вы, верю в полную невиновность вашего жениха и приложу все силы, чтобы доказать ее посредством неопровержимых фактов. Ну а теперь – до свидания.

Клик на мгновение сжал ее руку, едва заметно поклонился, как это порой делают военные, а потом, повернувшись, направился в глубь двора, где в толпе еще не разошедшихся зрителей, наблюдавших за процессом, его ожидал Маверик Нэком. Доллопс тоже был тут – он держался позади суперинтенданта, готовясь выполнять распоряжения начальника.

– Что ж, по-моему, нам пора отправиться поужинать в деревенский паб, господин Лэйк, – громко объявил Клик, так что при желании его слова мог расслышать любой из редевшей толпы. – А потом вернемся в «Башни Мерритонов», запакуем чемоданы – и домой, в туманный Лондон. Тут нам больше делать нечего, и так все ясно. – Суперинтендант Нэком открыл было рот, собираясь возразить, но инспектор не дал ему и слова сказать. – Я чувствую себя здесь очень неуютно, – продолжал он. – Все эти рассказы о таинственных исчезновениях, ледяном пламени, полянках обугленной травы, которые мы так и не нашли… Все это сказки, а реальность говорит нам совсем о другом и указывает на то, что молодой сэр Найджел Мерритон виновен как минимум в первом убийстве. В итоге теперь мне ничего не остается, как вернуться в столицу. Кстати, я уже заказал билеты для нас обоих. Едете?

– Спасибо, что позаботились обо мне, – поняв, в чем суть, подыграл инспектору Нэком. – Я готов отправиться в Лондон хоть сейчас.