Загадка «Пурпурного императора». Загадка ледяного пламени

Ложка Антуанетты звякнула о блюдце чайной чашки, которую девушка держала в руке, а потом совершенно неожиданно ее лицо побелело. Господин Брелнер отвел взгляд. В гостиной повисла напряженная тишина.

– Хорошо, я скажу вам правду, только никак не сумею ее объяснить, – наконец произнес господин Брелнер, прочистив горло. Теперь в голосе соседа явно слышались тревожные нотки – он сильно нервничал. – Природа этих огней необъяснима. Я видел их много раз. Они появляются ночью, и историй о них сочиняют великое множество. Кстати, все эти легенды довольно неприятные. Однако, как человек достаточно разумный, по ночам я держусь в стороне от болот. Надеюсь, что и вы поведете себя точно так же, сэр Найджел. Никто толком ничего не знает, а тем глупостям, которые болтают местные крестьяне, можно и вовсе не верить, хотя они сами тоже стараются обходить болота за милю. Как вы изволили выразиться, в мире существует множество вещей, которые невозможно рационально объяснить. В одном крестьяне правы: гулять по болотам ночью опасно.

Тут он слегка наклонил голову и опустил взгляд. Найджел заметил, что пальцы гостя подрагивают.

– Боркинс говорил, что тела исчезнувших людей так и не нашли, – обронил Мерритон.

Господин Брелнер только пожал плечами, а потом развел руками.

– Это все от необразованности. Ну а вы как сами думаете? Куда они могли подеваться? Не в преисподнюю же их черти унесли. Но должен честно сказать: за то время, что я прожил в Витсбери Холле – то есть около трех с половиной лет, – произошло несколько таинственных исчезновений. А все потому, что местные жители пытались исследовать странное явление на болотах. Я, например, ни о чем подобном и не думаю. Надеюсь, и вы считаете точно так же?

Его тревожный взгляд искал глаза господина Мерритона. Между бровями Брелнера пролегла глубокая складка.

Найджел едва сдержался от смешка – так потешно все это звучало. Антуанетта, которая все это время сидела молча, неожиданно вскрикнула, а потом наигранно зажала ладонями уши.

– Прошу вас, пожалуйста, больше не говорите об этом, – попросила она. – Все эти тайны очень меня пугают. Знаю, дядя будет смеяться, но я боюсь огней… Я их так боюсь, что и думать о них не хочу. Если вы продолжите эту тему, я вынуждена буду уйти. И я надеюсь, сэр Найджел, у вас хватит благоразумия не пытаться выяснять, какова их природа. В самом деле, я бы очень расстроилась, если бы вы стали докапываться до сути, и с вами что-то случилось бы…

Выслушав девушку, молодой человек вначале почувствовал удовольствие – Антуанетта заботилась о его безопасности, ей не все равно, что с ним происходит. А потом ощутил ледяной озноб, потому что за всей этой историей и вправду скрывалось что-то зловещее. Множество рационально мыслящих людей пасовали перед таинственными огнями, которые загорались в ночное время. В полдень, при дневном свете, все это казалось неимоверно смешным, но стоило сгуститься сумеркам…

Найджел Мерритон попытался выкинуть ледяное пламя из головы, но не смог. Побледневшее лицо Антуанетты все еще маячило перед ним. Неожиданное движение ложки в ее руке показалось сэру Найджелу странным, а реакция Брелнера лишь подлила масла в огонь.

Однако разговор о таинственных событиях завершился. Вскоре гости поднялись и направились к выходу.

– Не забудьте, мисс Брелнер, вы обещали мне прогулку в ближайший четверг, – усмехнувшись, напомнил хозяин на прощание.

Она кивнула Мерритону и легко пожала ему руку.

– Не забудьте и вы, сэр Найджел, о том, что мне пообещали, – при этом ее голос стал много тише, едва не превратившись в шепот. – Вы не станете пытаться выяснять, что это за огни. Я потеряю сон, если узнаю, что вы подвергаете себя такой опасности.

Гости ушли. Некоторое время молодой человек, нахмурившись, простоял в тишине прихожей. Его рот напряженно сжался. Сначала Боркинс, потом Брелнер, теперь Антуанетта… Все они умоляли его не подвергать себя опасности и не пытаться искать истину. Но Найджел никак не мог забыть эту историю. Она не шла у него из головы. Что это за ледяное пламя? Какую тайну оно скрывает? Что тут вообще творится?

Глава 4. Злой гений