Загадки сражений Александра Невского

Последним по упоминанию (но не по значению) обязательным навыком для воина является владение конем. Ведь в бою лошадь должна слушаться малейших движений всадника, что также требует серьезного обучения как всадника, так и коня. Зато наличие лошадей увеличивает скорость передвижения как до боя, так и в бою, позволяет избежать излишней усталости бойцов от переходов, дает всаднику возможность наносить удар сверху и т. д.

Заметим, что обычные крестьянские лошади не только не обучались для боя, но даже не использовались взрослыми мужчинами для езды верхом. На лошадях ездили только мальчишки (т. е. легкие всадники). Вспомните любые картины и рассказы, как крестьяне всегда ездили на телегах или на санях. Дело не только в том, что использование колес или полозьев позволяло серьезно облегчить нагрузку лошади и использовать ее для перевозки различных вещей (хотя и это важно), но и в том, что седло также было весьма дорогим удовольствием, а езда без седла могла серьезно повредить лошади позвоночник, а всаднику другие весьма важные органы.

В целом мы можем сказать, что вооружение бойца требовало серьезных средств и тратить их на снабжение оружием неподготовленного бойца просто не имело смысла, поскольку он не смог бы им воспользоваться. Недаром уже с раннего Средневековья во всех феодальных странах мы видим выделение отдельного сословия, представители которого являются воинами.

Численность воинов

Таким образом, для понимания мобилизационных возможностей того времени, то есть того количества воинов, которых могли мобилизовать власти, нам следует понять, какова же была численность указанных воинов. Известно, что ядро средневековой армии составляли дворяне – рыцари и их оруженосцы (которые также были выходцами из дворянского сословия). На Руси рыцарей не было, но экономические факторы, позволявшие кормить, вооружать и содержать воинов, были примерно одинаковыми.

Известно, хотя и по более поздним данным, что дворяне составляли 1–2 % населения европейских стран⁵¹⁸.

Как уже говорилось выше, на одного рыцаря в походах приходился минимум 1 оруженосец (тоже дворянин) и несколько простых воинов. Так, в 1204 г. руководители Четвертого крестового похода планировали собрать 4500 рыцарей, 9000 оруженосцев и 20 000 рядовых⁵¹⁹. Это подтверждает уже один раз использованное в нашей работе соотношение рыцарей и рядовых воинов как 1 к 9.

Поскольку оруженосцы также принадлежали к дворянскому сословию, то на одного дворянина приходилось минимум двое простолюдинов.

Считая численность дворянства в 1–2 %, мы можем определить количество потенциальных воинов в 5 % от общего числа населения.

Учитывая, что мужчины составляли порядка 20 %, мы можем сделать вывод, что примерно 1 % населения политии мог служить в армии. Однако следует учитывать, что далеко не все из этих людей реально стояли в боевом строю. Во-первых, дворяне и их окружение выполняли задачи современной полиции и администрации.

Также следует учитывать слабый уровень контроля власти над населением на местах, характерный для Средневековья. Система военкоматов или каких-либо других организующих и контролирующих призыв органов отсутствовала.

Учтем и то, что после боевых действий среди этих людей были больные, инвалиды и т. д., а потому для реального участия в походе власть могла собрать лишь часть этих воинов. Чтобы понять ее возможности, обратимся к исследованиям более позднего времени.

Для России мы можем опираться на документы только с XVI в.

Население страны в то время составляло около 15 млн человек⁵²⁰. Исследователи отмечают, что общая численность всех воинов, которые могли мобилизовать московские цари, можно оценить в районе 100 000⁵²¹, причем некоторые историки даже эту цифру считают завышенной⁵²². Даже для больших походов под личным руководством царя правительство не могло выставить армию численностью более половины от указанной⁵²³.

Впрочем, в литературе, особенно в исследованиях историков прошлого и позапрошлого веков, встречаются и другие цифры. Опираясь в первую очередь на свидетельства иностранцев и собственно русских дипломатов, исследователи не раз писали о сотнях тысяч воинов, которые выставлял русский царь. Например, англичанин Джайлс Флетчер оценил общую численность войск Ивана Грозного в триста с лишним тысяч человек. Уже С.М. Середонин показал, что эти расчеты весьма завышены. Так, численность поместной конницы в целом, которая у Флетчера оценивается в 80 000 дворян, судя по документам Разряда, фактически не превышала 25 000⁵²⁴.

Сообщения путешественников подтверждали и рассказы о русских армиях со стороны их противников. О том, как происходили подобные исчисления, показал на примере битвы при Орше А.Н. Лобин. Русская армия, которую он на основе документов оценивает в 11 000—14 000, в победных реляциях их противников представлена как восьмидесятитысячная орда, половина которой была уничтожена победителями⁵²⁵.