Загадки сражений Александра Невского

С другой стороны, отношения с монголами еще были неясны, и надолго уводить полки на север Ярослав едва ли хотел. Скорее всего, владимирские полки должны были вернуться домой весной 1242 г.

По численности владимирские полки вряд ли превосходили новгородскую армию. Об этом говорит и косвенное указание Жития, где сравниваются полки Андрея и Александра, и тот факт, что они, вероятно, заняли позицию на флангах, поставив новгородский полк в центре как самый сильный (см. ниже). Т. е. их численность можно оценить примерно в 1000 человек.

Говоря о численности русской армии в целом, можно вспомнить и указанное выше соотношение немцев и русских в СРХ – 1 к 60.

Зная приблизительную численность братьев-рыцарей, можно предположить, что на 50–60 братьев-рыцарей приходилось 3000–3600 человек. Учитывая, что немцы определяли численность русской армии на глаз и были заинтересованы в преувеличении численности победителей, это число следует сократить.

В целом русскую армию, вероятно, можно оценить примерно в 2000–2500 человек. Как и в отношении немецкой, наиболее реальной представляется меньшая цифра.

Направленная «в зажитье», как выражаются летописцы, состоявшая большей частью (считая дружину Александра) из владимирских дружин, эта армия, скорее всего, была целиком верховой. Безусловно, при необходимости воины могли спешиться и драться так, но все-таки в первую очередь это были всадники.

Это позволяет нам сделать вывод, что речь шла о двух мощных армиях.

Вполне вероятно, что русские войска превосходили ливонские отряды по численности, а прибалтийские части в их составе – по качеству вооружения.

Следует отметить, что в некоторых исследованиях упоминается, что в составе русской армии были татары⁴⁵¹.

Эта информация опирается на сообщение Рейнгольда Гейденштейна, известного польского историка XVI в., служившего секретарем польского короля Стефана Батория. Описывая осаду Пскова поляками в 1582 г., он вкратце передает и историю города, с опорой, по его словам, на псковские летописи, которые находились в Полоцкой библиотеке.

Буквально он пишет: «Город даже был взят немцами, как гласит предание, около 6750 г. Однако, немного спустя после того Александр Ярославич из рода Мономахова возвратил городу свободу; будучи отправлен ханом татарским Батыем и получивши в подмогу татарские вспомогательные войска, он победил в сражении ливонцев и затем по договору возвратил город»⁴⁵².

Действительно, в Псковской третьей летописи есть похожая информация: «В лето 6750. Пришед Александр от Батыа, поиде с братом Андреем и с низовцы, (и с новго) родцы изгонною ратию на немцем к Пскову, (у) ж(е) бо бяше Псков взят и тиоуны посаж(енны) оу них судити и (за) а всипоути, изгони Псков, а (нем) ец и чудь иско(вав) потоци в Новгород, а сам поиде в зажитие»⁴⁵³. Замечу, что выделенные скобками буквы стёрлись и восстанавливались по другим спискам, так что чтение древних летописей – дело непростое.

В Псковских первой и второй летописях сведения о приезде Александра от Батыя отсутствуют. Также в Псковской первой летописи это событие помещено под другим годом (6748).

Следовательно, Гейденштейн опирался на один из списков Псковской третьей летописи (или на некий неизвестный нам список). Последнее возможно, но маловероятно, поскольку все основные сведения соотвествуют именно третьей летописи.

Из текста мы видим, что никаких указаний на помощь от Батыя нет, а речь идет о владимирских (низовских) полках, приведённых Андреем.

Также мы видим, что информация Гейденштейна о том, что Псков был освобожден после сражения с ливонцами, неверна, поскольку в летописи говорится о захвате в плен немецкого гарнизона (в составе которого были и прибалтийские отряды) до сражения. Это позволяет предположить, что Гейденштейн (или его переводчик) неправильно понял данный отрывок, возможно, из-за стершихся букв или плохого знания старославянского и в результате посчитал, что под низовскими или новгородскими полками подразумеваются татарские отряды, а также совершил ряд других ошибок.

Кстати, в XVI в. в составе русской армии действительно активно действовали татарские отряды.

Возвращаясь к XIII в., следует отметить, что, кроме Гейденштейна, об участии татар в этих событиях никакие другие источники не упоминают. И это притом, что для ливонцев, как и новгородцев, татары (или даже половцы) были весьма экзотическим народом, присутствие которого неминуемо привлекло бы внимание.

Стоит оговориться, что участие татар не подтверждают и немецкие источники, для которых было бы лестно упомянуть об их присутствии, чтобы показать, что Ливонское отделение тоже участвовало в борьбе с татарами.

Восточные источники, как и русские летописи, ничего не сообщают о появлении в это время в ставке Бату-хана владимирских князей, в том числе и Александра Невского. Заметим, что сам Батый в это время воевал в Венгрии, то есть его ставка перемещалась, и искать его штаб русскому князю, чьи отношения с монголами еще не были урегулированы, было не только сложно, но и рискованно.