Загон

Андрей приказал себе дочитать большой абзац и на этом самоистязание закончить. Вслед за большим абзацем он незаметно прочитал и маленький. На следующей странице был диалог – Андрей по инерции проглотил и его, а затем еще два абзаца: маленький и опять большой.

Ему почему-то стало интересно. Что будет дальше, его не волновало, ведь и того, что было в начале книги, он тоже не знал. Андрей воспринимал лишь сиюминутное: постижение чужого слова, ценного уже тем, что оно существует.

Он читал и раньше, у Эльзы попробуй не почитать! Много читал: и Пушкина, и Сервантеса, и других авторов, но там все было иначе. Там Андрей следил за увлекательной историей, а здесь старался найти суть.

История, сказка – это только фантик для идеи, понял Андрей. Понял и растерялся: он что, уже поумнел? Сам по себе, без прибора?

Он едва успел закрыть книгу и поправить кровать, как раздался звонок. Мгновенно выкинув из головы Достоевского с его братьями, Андрей устремился к двери.

Сергей Сергеевич, как и обещал, пришел ровно в двенадцать, и не с пустыми руками: в левой он нес плоский чемодан, в правой, точнее – под мышкой, держал какую-то квадратную коробку. Андрей хотел помочь ему перенести все это в комнату, но наставник отказался. Наверное, коробка и чемодан были очень ценными.

– Кино смотришь? – отрешенно спросил он, распаковывая на столе гостинцы.

Андрей взглянул на монитор – показывали «Московские тайны».

– Я выключу?

– Не нужно. А это что у тебя? – Сергей Сергеевич на время оставил чемоданчик и, подойдя к креслу, взял в руки «Братьев Карамазовых». – Тяжелая… Читаешь? Нравится?

– Да так… – смутился Андрей. – Эльза Васильевна советовала.

– А я – не советую, – сказал наставник довольно резко. – Перегружаешься всяким… Жить надо легче, Белкин! Вон, фильмы хорошие целый день крутят. Не нравится этот – переключи на другой.

– Эльза Васильевна советовала… – повторил, оправдываясь, Андрей. – Потому, что книжки развивают.

– Ей сколько? Двадцать два?

– Двадцать один.

– «Двадцать один»… – передразнил Сергей Сергеевич. – Ей самой еще развиваться! «Советовала»!.. Она насоветует! Эх, не хотел говорить… Но чтоб ты знал: твоя Эльза – обычная пошлая карьеристка. Для чего она с тобой занималась? Чем – другой вопрос, еще разберемся, но для чего? Для карьеры, мой дорогой, – сказал он, понизив голос. – Она тебя использовала. Наставничество отмечается в анкете как общественно-полезное дело. За него льготы полагаются. Думаешь, обломилось бы ей место в Кембридже? Ни-ког-да. А так – вне конкурса прошла. А если б не это, ты бы ей сто лет не уперся. Охота было молодой девке сюда ездить! Ей со сверстниками пообщаться, то-се, пивка на природе попить…

– Пивка?.. Эльза пьет пиво?! – ужаснулся Андрей. – Васильевна… Оно же горькое! Я пробовал.

– О-о-о! Сейчас такая молодежь!.. Черт-те что, а не молодежь.

Сергей Сергеевич распахнул на столе чемоданчик, который оказался – Андрей ахнул от восторга – сетевым терминалом. В верхнем отделении был экран, в нижнем – плоская, похожая на нарисованную, клавиатура.

Открыв квадратную коробку, Сергей Сергеевич извлек из нее прозрачный обруч, гибкий и мягкий. Следом он достал какой-то черный предмет, с виду – действительно прибор, хотя коробка была явно не от него.

– Начнем? – спросил Сергей Сергеевич. – Или ты передумал?

Он театрально нахмурился и как бы в шутку собрался положить прибор обратно.

– Нет-нет, я не передумал!

– А кто твой наставник?

– Вы, Сергей Сергеевич.

– А чьи советы слушать будешь?

– Да я что?.. Я так… – потупился Андрей. – Ваши, конечно.

– Это хорошо, что наши. Садись. Книжку вон! – Он схватил «Карамазовых» и не глядя зашвырнул их куда-то в угол. – Книжка нам мешать будет… Удобно?

Андрей поерзал в кресле и откинулся на спинку.

– Волосы убери… – наставник натянул ему на лоб тот самый обруч. – Ты давно не стригся. Лень?

– Да я это… с парикмахершей поругался.

– Надо помириться. И подстричься.

– Помирюсь, – заверил Андрей.

Голову ему проводами Сергей Сергеевич не обматывал, и это было особенно приятно. Профессор тогда ерунду спорол: «проводов намотают». Никаких проводов не наблюдалось – только шнур, соединявший прибор с терминалом.

– Это и есть «экспериментальная модель»?

– Ты ее не помнишь?

– Как я могу ее помнить?

– Ты такую же в пять лет видел, при первом контроле. И обруч, и ящичек. Просто раньше они с проводами были.

– С проводами?..

Андрею отчего-то стало досадно.

– Но, кроме корпуса, тут все другое, новое.

Наставник продолжал возиться с терминалом. Андрей, как мог, вытягивал шею, но экрана все равно не видел. Он хотел передвинуть кресло, но самовольно это делать побоялся, а спрашивать разрешения побоялся тоже.

– К празднику готов? – деловито спросил наставник.

– К празднику?..

– Вот те на! – Сергей Сергеевич оторвался от чемоданчика. – Завтра же День Единения Народов!

– Ах, это… Гулянья по монитору посмотрю, и спать. Мне в субботу на конвертер.

– Ну, брат! – хмыкнул он. – Надо готовиться! Такой день два раза в год. Подарки надо дарить, поздравлять всех.