Закат блистательного Петербурга. Быт и нравы Северной столицы Серебряного века

«Главное гнездо гадалок средней руки – Васильевский остров, – делилась Тэффи своими наблюдениями с читателями «Биржевки». – Там их по нескольку на каждой линии. Они гадают и на бобах, и на картах, и на кофейной гуще, и на яичном белке. Одна даже из особой коробочки посыпает карты сором, в состав которого, как мне удалось рассмотреть, входила прошлогодняя сушеная муха и невинная тараканья лапка».

…Многочисленным служителям оккультных наук петербуржцы, несмотря ни на что, вверяли свои тайны, проблемы и, конечно, здоровье. В том же журнале рассказывалось о новом способе лечения, заинтриговавшем весь Петербург. Один из известных врачевателей проводил следующие гипнотические сеансы: клал пациента на рояль, на котором в это время исполнялись мелодичные пьесы.

Как заметил «досужий корреспондент», если брать средний дневной заработок столичных магов в десять рублей, то получалось, что все они вместе зарабатывали 175 тысяч рублей в год. «Вот во что обходится публике ее легковерие и неопытность», – восклицал он.

В январе 1903 года в столице появился медиум Янек, называвший себя одним из сильнейших в Европе. Он устраивал сеансы спиритизма в помещении спиритического кружка на Невском проспекте. Как рассказывали очевидцы, Янек обладал даром вызывать духов: на его сеансах с завидным постоянством появлялись четыре фигуры: некая безымянная дама, француз Жан, затем громадная фигура какого-то Николы с деревянной ногой и, наконец, дух-животное, именующее себя Шварцбергом. Говорили, будто посетители часто ощущали прикосновение деревянной ноги великана Николы и слышали ее стук по полу.

Известный столичный журналист, подписывавший свои заметки псевдонимом Борей, решил лично сходить на сеанс Янека и на себе проверить, появляются ли там духи. Признаться, в духов он верил мало, а потому шел на встречу с всемирно известным медиумом со здоровой долей цинизма. Он даже прихватил с собой фонарик, чтобы пугать духов, если они только попробуют материализоваться.

К девяти часам вечера в помещении кружка собралось человек пятнадцать, не считая журналиста. Ровно в девять раздался звонок, и в переднюю вошел изящный молодой человек приятной наружности с маленькими усиками. Это и был Янек. «Мы перешли из гостиной в комнату сеансов, – рассказывал потом журналист Борей, – где вокруг стола были расставлены стулья и был приготовлен „шкаф для материализации“, задернутый портьерой. В нем лежали шарманка, бубен и колокольчик».

В комнате погасили свет, и сеанс общения с духами начался. Сначала долго играла шарманка – то «Камаринскую», то «Ехал казак за Дунай» и еще что-то. Но явлений все не было. Через час началась характерная возня в шкафу и легкие стуки в стол – это духи начали материализовываться. «Просим явлений!» – зашумели спириты.

Между тем «дух» начал возиться с шарманкой в шкафу, заводил ее и шумно вытащил из шкафа. «Ну, заведи, ну, сыграй. Ведь ты умеешь», – ласково упрашивали «духа» собравшиеся поклонники спиритизма. Но он так и не справился с шарманкой.

Вдруг в шкафу раздалось что-то вроде громкого хрюканья. Однако дух свиньи так и не явился. «Мне дергают цепочку часов!» – заявил один из спиритов. «Ай, меня хлопают по щеке!» – завизжала вдруг молодая посетительница. Некоторые из присутствовавших говорили, что к ним кто-то очень сильно прикасается, только в темноте ничего не разобрать. Кто-то видел светящиеся точки, другие – что-то черное, а третьи – даже белую голову. Не почувствовал явления духов только один журналист Борей – наверное, потому что не особенно в них верил.

«После четырехчасового сидения мы разошлись в час ночи, – писал потом Борей. – Господин Янек на этот раз не выказал своей медиумической силы, и все были разочарованы. Ни Шварцберга, ни Николы с деревянной ногой – никого из „духов“ Янека так и не появились».

…Не меньшей популярностью, чем медиум Янек, в конце 1900-х годов в Петербурге пользовался доктор Лев Львович Оноре, применявший дар гипноза для лечения самых разных болезней. Свои гипнотические сеансы доктор проводил в своем номере в «Северной гостинице» (ныне «Октябрьская» у Московского вокзала) и в ночлежном доме для рабочих при бывшем Стеклянном заводе.

Самый распространенный недуг, которым страдали рабочие этого завода, как и многих других, – пьянство. Именно его и побеждал доктор Оноре своим гипнозом. Сеансы проходили следующим образом: он расспрашивал о болезнях, а затем приказывал закрыть глаза и громким, внушительным голосом говорил: «Теперь ты перестанешь пить водку, пиво и другие спиртные напитки. Сам не захочешь пить. Воля твоя окрепнет, и ты будешь здоров. Спать, спать, спать!» После этого исцеляемый погружался в сон.