Замогильные записки Пикквикского клуба

Была ли причиною кроткая наружность м-ра Пикквика, его нѣжное и ласковое обращеніе, или вмѣшалось сюда непреодолимое, врожденное женскимъ душамъ любопытство услышать какую-нибудь тайну, только нашлись въ этомъ обществѣ четыре разсудительныя особы, устоявшія противъ истерическихъ припадковъ. Желая вполнѣ удостовѣриться въ искренности смиреннаго джентльмена, онѣ предложили ему родъ домашняго ареста, и м-ръ Пикквикъ согласился по доброй волѣ отправиться въ темный чуланъ, гдѣ хранились дѣтскія шляпки и сумки съ сухарями. Рѣшено, что изъ этого убѣжища будутъ производиться переговоры запертаго мужчины съ начальницею пансіона. Это успокоило всѣхъ другихъ дѣвицъ и даже самую миссъ Томкинсъ, которая, наконецъ, успѣла очнуться отъ обморока въ своей спальнѣ. Когда миссъ Томкинсъ сошла внизъ, конференція открылась такимъ образомъ:

— Что вы дѣлали въ моемъ саду, дерзкій мужчина? — спросила миссъ Томкинсъ слабымъ голосомъ.

— Я пришелъ предупредить васъ, милостивая государыня, — отвѣчалъ м-ръ Пикквикъ изъ чулана, — что одна изъ вашихъ молодыхъ пансіонерокъ собиралась бѣжать въ эту ночь.

— Бѣжать! — воскликнули въ одинъ голосъ миссъ Томкинсъ, три гувернантки, тридцать шесть пансіонерокъ и пять служанокъ. — Кто? Съ кѣмъ?

— Съ вашимъ другомъ, м-ромъ Фицъ-Маршаломъ.

— M_о_и_м_ъ другомъ! Я не знаю никакого Фицъ-Маршала.

— Ну, такъ, стало быть, онъ извѣстенъ вамъ подъ собственнымъ именемъ Джингля.

— Я не знаю никакого Джингля.

— Въ такомъ случаѣ, меня обманули нагло и безстыдно, — сказалъ м-ръ Пикквикъ. — Я сдѣлался жертвою глупаго и гнуснаго заговора. Пошлите, милостивая государыня, въ гостиницу "Вѣстникъ", если вы не вѣрите моимъ словамъ. Умоляю васъ, сударыня, благоволите послать въ гостиницу за слугой м-ра Пикквика, президента Пикквикскаго клуба.

— Долженъ быть почтенный джентльменъ, — сказала миссъ Томкипсъ гувернанткѣ, занимавшейся въ ея пансіонѣ преподаваніемъ ариѳметики и каллиграфіи. — Онъ держитъ слугу.

— Гораздо вѣроятнѣе, миссъ Томкинсъ, что слуга держитъ его въ своихъ рукахъ, — отвѣчала ариѳметическая гувернантка. — Онъ сумасшедшій, миссъ Томкинсъ, это ясно.

— Ваша правда, миссъ Гуиннъ, — отвѣчала миссъ Томкинсъ, — онъ сумасшедшій. Пусть двѣ служанки отправятся въ гостиницу "Вѣстникъ", a другія останутся съ нами. Надобно принять мѣры на случай, если вздумается ему разбивать дверь.

Такимъ образомъ, двѣ служанки побѣжали въ гостиницу за м-ромъ Самуэлемъ; три другія окружили миссъ Томкиисъ, приготовившись на всякій случай къ мужественной защитѣ. М-ръ Пикквикъ съ философскимъ равнодушіемъ сѣлъ на сундукъ и погрузился мыслью въ суету мірскую.

Черезъ полтора часа служанки воротились. Радостно забилось сердце м-ра Пикквика, когда онъ услышалъ голосъ своего вѣрнаго слуги; но вмѣстѣ съ нимъ пришли еще какіе-то другіе джентльмены, кто именно — м-ръ Пикквикъ не могъ сообразить, хотя голосъ ихъ казался ему знакомымъ.

Послѣдовало краткое совѣщаніе съ содержательницею пансіона, и вслѣдъ затѣмъ отворили дверь. М-ръ Пикквикъ вышелъ изъ чулана и, окруженный всѣми обитательницами Вестгета, увидѣлъ передъ своими глазами м-ра Уэллера, старика Уардля и нареченнаго зятя его, м-ра Трунделя.

— Любезный другъ, — вскричалъ м-ръ Пикквикъ, бросаясь въ объятія старика Уардля, — любезный другъ, объясните, ради Бога, этой дамѣ несчастное положеніе, въ которое меня поставилъ злонамѣренный мошенникъ. Вѣроятно, вы слышали всю исторію отъ моего слуги; объясните имъ, по крайней мѣрѣ, что я не воръ и не сумасшедшій.

— Я уже объяснилъ имъ, любезный другъ, все объяснилъ, — отвѣчалъ м-ръ Уардль, пожимая руку своего друга. М-ръ Трундель между тѣмъ энергически пожималъ лѣвую руку ученаго мужа.

— И кто говоритъ, что господинъ мой, джентльменъ изъ столицы, — перебилъ м-ръ Уэллеръ, — есть воръ, дуракъ или сумасшедшій человѣкъ, тотъ утверждаетъ гиль, околесную несетъ, городитъ вздоръ! И если въ домѣ, здѣсь или въ саду найдутся такіе олухи или болваны, что взводятъ небылицы на ученѣйшаго джентльмена, — будь они семи пядей во лбу, я готовъ расправиться съ ними по-свойски, въ этой самой комнатѣ, на этомъ самомъ мѣстѣ, если только вы, прекрасныя сударыни, потрудитесь убраться подобру поздорову въ свои спальни.

Закончивъ эту импровизованную рѣчь, м-ръ Уэллеръ хлопнулъ сжатымъ кулакомъ по своей ладони и бросилъ дружескій взглядъ на миссъ Томкинсъ, пораженную неописаннымъ ужасомъ при одномъ предположеніи дерзкаго слуги, что въ ея "вестгетскомь заведеніи для благородныхъ дѣвицъ" могутъ быть посторонніе мужчины, къ тому же олухи или болваны, какъ энергически выразился м-ръ Уэллеръ.