Замурованные. Хроники Кремлёвского централа

«Денис Сильченко (Д. С.): Слушаю.

Михаил Моторико (М. М.): Короче, надо забрать всю эту… и отдать человеку. В дальнейшем с тобой работать, потому что у меня эта порнография постоянно. (Пауза.)

Д. С. Сколько здесь?

М. М. Сейчас. Мне пацаны звонили, я уже не знал, кого быстрее подключить. Сейчас ситуацию уясню. Сам хозяин в Швейцарии, завтра прилетает. Но, понимаешь, я за все решение вопроса брал вот столько, я тебе честно говорю. Но что-то съели, что-то это (не договаривает). Я готов отдать, честно говоря, одну (понятно, что пишет). Мне сейчас надо будет пять еще таких делать на компанию. Я готов одну сразу (не договаривает).

Д. С.: Понимаешь, что это „уголовка“ чистой воды?

М. М. Понимаю, конечно. Поэтому я и решаю. Я сам гаишник бывший, надо порешать вопрос нормально. Давай порешаем и будем решать вопросы эти. Сможем решать в дальнейшем, нет? Не сможем, да? Я как бы заносил бы и все. Я давно хотел найти нормальных людей, с которыми можно общаться. У меня кроме этого мигалок ездит четыре штуки. Не знал, кому слить этих г…в. Тебе слил, они каждый день ездят мимо тебя. Там чистая з…па, свидетельства мытые. И нормально, хлопнешь их, они все равно ко мне прибегут решать вопрос.

Д. С.: Вопрос очень серьезный.

М. М.: Давай его обсудим, как надо решать. Нарисуй мне, что и как.

Д. С.: Все рисовать на бумажке?

М. М.: Да, давай я нарисую. Так или что? (Пишет). Или давай, может быть все-таки вот так влезем?! Ну, не могу больше, было бы, нашел бы. Сейчас эту еще одну сгоняю, найду. Что делать? Ну, мне надо забрать сегодня, отдать им. Там народ такой серьезный! Люди очень серьезные, мне башку отрежут ножом просто или тупой бритвой… чтобы ты не боялся порешаем.

Д. С.: Сколько здесь?

М. М.: Вот. Нет, не переживай за это, ничего. Я тебе даже (не договорил). Вот, вот я, погоняло у меня среди гаишников — Мотор. Понял, да? Я такая личность известная. Я в „восьмерке“ работал… на проспекте Мира. У нас Главк, СпецГАИ. Сам я родом — можайский. Если есть пацаны можайские, сразу тебе скажут, кто я такой.

Д. С.: Все ясно.

М. М.: У меня, понимаешь, постоянно такие моменты идут и идут. У меня с мигалками ездят примерно штук двадцать у тебя на дороге. Я всегда вопрос решал, всегда.

Д. С.: У меня больше с мигалками ездит.

М. М.: Не, ну моих мигалок двадцать висит, понимаешь. У тебя если больше ездят, вопросов нет, может быть, ты будешь решать мне их.

Д. С.: Я говорю, что у меня настоящих ездит.

М. М.: А-а, настоящих?! Нет, моих там ездит только штук двадцать. Я тебе сделаю такой подарок, вот так вот, можешь завтра прямо хлопнуть (пишет) 220-й черный.

Д. С.: Угу.

М. М.: Флаг. Понял, да. Там, значит, такая з…па сделана: свидетельство разрезано и внутри сделана запись о том, что машина стоит на Госсовете Республики Мордовия.

Д. С.: Ты мне лучше скажи, ты как считаешь, это нормально?

М. М.: Это мало, серьезно тебе говорю. Но когда с дороги уезжает — вопросов нет, а это говно полное — согласен с тобой. Завтра этот х… прилетает, дает четыре машины делать. Ему надо „МР“-ки номера выдать, он еще спецталоны просит и маяки. Лучше бы заносил сразу мне и все. Я бы сказал: „Вот эти мои машины“. Хлопнули бы, я бы уже сказал: „Ребята, я заранее вам заплатил“. Потому что зае…! Представляешь, поехал в деревню, у отца там пчелы, ем сижу. Этот звонит мне. Я ему говорю: „Дай денег, я приеду тебе отдам. Дай денег на дороге“. — „Я денег давать не буду, у меня нет ни х…“. Я говорю: „Ты что гонишь-то?! Что у тебя не было косаря дать нормально человеку и уехать?! Я должен приехать…“

Д. С.: Пойми, что поймают — всех посадят.

М. М.: Думаешь? А как поймают?

Д. С.: Хрен его знает.

М. М.: Говорю тебе, башку мне отрежут! Тебя как зовут?

Д. С.: Денис меня зовут.

М. М.: Денис, давай нормально найдемся, давай определимся. Если надо будет, я довезу. Скажешь, кому передать, хоть на улице подойду отдам, и все, чтобы ты не переживал. Правильно, я понимаю, сам также работал — никогда не брал у посторонних людей, видал я эту беду. Поэтому говорю, помоги. Сам бывший гаишник. Ну, не могу! Мне надо отдать машину этому м…ку. Порешаем?

Д. С.: Настоящие?

М. М.: Ты что?! Не переживай ни о чем вообще. Если возможно, оставь мне мобильничек, чтобы я хоть был на связи, потому что у меня-то он никогда не меняется… У меня прямой номер. Я тебе запишу: …91–07. Без вопросов: надо что помочь, когда, сам знаешь, по любому вопросу».