Замуж за итальянца. Тоскана, еда и гороскопы @bookinier

На террасу поднялась девушка лет двадцати, в коротких шортиках, с чёрными губами.

– Здрасьте, – кивнула она.

– Это моя дочка, Ирене, – представила девочку Франческа.

– Слушай, аморе, а не учится ли с тобой Аделе Мартинелли, ты вроде с ней дружишь. Не знаешь, как её отца зовут?

– Она в другую школу перешла учиться. И мы не дружили, кстати, она та ещё воображала.

– А не знаешь, чем родители её занимаются?

– У её предков есть чё-то вроде кафе… но не знаю где.

На крышу поднялись ещё гости, две яркие синьоры и один мужчина, на вид лет сорока. Хотя итальянские мужчины выглядят намного моложе, и Полина не раз ошибалась с расчётами: пятидесятилетние казались ей сорокалетними, а то и моложе, а мужчинам шестидесяти она бы не дала и пятидесяти.

Мужчина улыбался, любезно беседовал со всеми гостями, а Полина продолжала на него поглядывать. Тот заметил её взгляд и подошёл ближе. Полина уставилась на его пухлые чувственные губы совершенной формы. Такие, что хотелось сначала обвести их пальцем по контуру, потом покрыть чем-то сладким и облизать. А ещё от мужчины пахло шоколадом, она так бы и сидела, уткнувшись в его шею, втягивая сладкий аромат.

– От вас пахнет шоколадом, – сказала Полина.

– Неудивительно. Я работаю в шоколадной лаборатории и делаю шоколад.

Полина округлила глаза. Что может быть прекраснее: вот он купает её в горячем шоколаде, вот она выходит из ванны и…

– Как вас зовут? – голос шоколадника вернул Полину на крышу.

– Полина, а вас?

Мужчина закусил свою идеальную пухлую нижнюю губу.

– Эрос.

Нет, он издевается?

– Это шутка, да?

Мужчина с пухлыми губами обиженно нахмурился.

– Да нет, не шутка. Так меня зовут. Эрос.

У Эроса были светлые, почти прозрачные голубые глаза, седоватые волосы и смуглая кожа. Он показался Полине каким-то гладким, приятным на ощупь, как дорогой шёлковый халат.

– Вы любите шоколад? – пошевелил Эрос своими чувственными губами.

– Обожаю, – прошептала Полина.

Эрос принялся оживлённо рассказывать, какой шоколад предпочитает и что его любимый – с красным перчиком. В этот момент неоднозначно подмигнул.

– Кстати, наша лаборатория поставляет шоколад в лучший магазин Лукки, он так и называется Chocolat. Хотите – сходим завтра вместе в шоколадную лавку?

Никогда ещё Полине не назначали свиданий в шоколадной лавке. Было бы глупо отказаться.

Глава 9. Chocolat

Субботнее утро в Лукке не похоже ни на будние дни с их спешкой, ни на воскресные, когда город вымирает. Субботы другие. Суетливые, но в удовольствие.

Надо сходить за журналом – по субботам к газете выдают глянец, зайти к мяснику за фаршем для воскресного обеда, забрать обувь из мастерской.

Бойкой и живой становится виа Санта-Кроче субботним утром, но не вся, а именно кусочек от пьяцца Бернардини в сторону пьяцца Сан-Микеле. У газетного ларька беседуют старички: купили газету, присели в баре напротив читать. У входа в кулинарию стоит хозяйка в ожидании свежей лазаньи к обеду. Вот проезжает синьора из соседнего дома – вернулась от парикмахера, сделала укладку. Синьора машет рукой хозяину, кричит в открытую дверь:

– Есть ростбиф сегодня? Тогда заеду позже. Отложите мне, как всегда.

Зеленщик выложил на уличные лотки пузатые фрукты и ягоды. Подъехала мама с двумя малышами, в лавке купила румяные яблоки и клубнику, салат, помидоры, загрузила бумажные пакеты в корзинку, зашла в кулинарию за хлебом и молоком. Пока детей угощали фокаччей, синьора забежала в мастерскую напротив забрать босоножки.

Обувщик стучит молоточком, улыбается, слышен запах кожи и обувного крема. Дверь мастерской распахнута настежь, знакомые проходят, здороваются.

К десяти открываются магазины одежды и бижутерии, местные модницы спешат по делам, но как не остановиться у витрины.

Снуют велосипеды, дзинь-дзинь, звоночек, гуляют пешеходы. Туристы глазеют, не понимая, куда податься. У местных чёткий план: до обеда надо всё успеть. Ведь потом, во второй половине дня, nel pomeriggio, начнутся настоящие ленивые выходные. В Лукке сохранились кое-какие лавки, и жители, те, кто обитал в пределах крепостных стен, предпочитали их безликим супермаркетам. Со временем лавок стало меньше, хотя Полине довелось починить металлическую ручку у самого старого кузнеца в городе: его мастерская находилась в невидимом для прохожих дворе около площади Сан-Пьетро Сомальди. А в самой старинной багетной мастерской на виа Сант-Андреа она заказала рамочку для своей картины.

Улица Кьяссо Барлетти теснилась между двумя рядами высоких старинных палаццо, куда попадало мало света. Нижние этажи домов занимали магазинчики: книжные, одежды, сувениров, бижутерии. Хозяева лавок стояли снаружи и улыбались прохожим, приглашая внутрь, звучала весёлая музыка.

Эрос стоял у нарядной витрины и болтал с невысокой темноволосой синьорой.

– Полина, здравствуй, познакомься, это хозяйка шоколадной лавки – Бенедетта.