Записки Обыкновенной Говорящей Лошади

Я бесконечно уважаю Егора Гайдара. И не только за смелость, за то, что он взвалил на себя непомерный груз и ответственность и после шестилетнего топтания на месте сдвинул махину реформ. Уважаю и за то, что, стоя лицом к лицу с номенклатурной Вандеей, он ни разу не опустился до уровня Горячевой – Астафьева. Гайдар говорил с депутатами как с парламентариями, как с политиками, а они вели себя как стадо баранов, или, скорее, как стая волков, почуявших кровь. Да, для меня Гайдар и его правительство – образец государственного ума и смелости. Но я бы не осмелилась давать советы Ельцину – надо ли ему обречь реформатора Гайдара на трехмесячный крестный путь. Да, я не решилась бы поучать президента и самого Гайдара тоже. А вот журналистка Ирина Демченко на страницах почтенной газеты «Известия» решилась, ссылаясь на мнение «выдающегося историка и политолога М. Гефтера». Во-первых, я не стала бы называть Гефтера, бывшего комсомольского вождя и многолетнего поборника «социализма с человеческим лицом» и «еврокоммунизма», выдающимся политологом. Во-вторых, не стала бы его слушать, потому что Гефтер изрекает сомнительный тезис – будто в России уже давно нет федерального правительства. И журналистка Демченко услужливо поясняет: правительства нет с самого марта-апреля 1992 года, когда Лопухина «явочным порядком» заменили Черномырдиным. Но, извините, это уже рассуждения не политика-политолога, а «крестного отца». Только мафиози несменяемы – а членов кабинета частенько меняют. Вот вдруг в правительстве Коля вместо, как пишут газеты, «выдающегося» Геншера появился «бесцветный» Кинкель. И никто не говорит, что правительство ФРГ Коля фактически распалось.

Почему-то считается, что президент продал или даже «заложил» своих сторонников и интеллигенцию. Вернее, какую-то часть своих самых активных сторонников.

Возможно. Но мне кажется, что и интеллигенция сама отвернулась от Ельцина, как только возникли трудности.

В самом деле, куда девались буревестники «Второй революции»?

Ау, где вы?

Буревестники, призывавшие нас, «глупых пингвинов», познать «наслажденье битвой жизни» (цитирую опять по памяти, вот как в нас вколотили горьковские строчки – за шестьдесят лет не забыла!), – Буревестники превратились в эдаких гастролеров, которые смотались за рубеж перед решающей «битвой жизни».

Кое-кто из Буревестников, правда, не покинул родных пенатов.

Станкевич, певец малой приватизации, ударился в большую политику и воспарил в заоблачные дали (Буревестник должен летать «между тучами и морем»). Хоть убей, не понимаю, что Станкевич теперь хочет, к чему призывает.

Великолепный Афанасьев, с лицом пресыщенного римского патриция, тоже вроде отошел от дел политических.

Очень немногих интеллигентов я видела выходящими из зала съезда, чтобы поддержать своего президента! И еще интересно: когда Тулеев и другие произносили свои хамские речи, демократы безмолвствовали, а когда заговорил Ельцин, я услышала громкий крик – и даже не «от микрофона», а «от кресла»: «Неправда!» Судя по контексту, кричал кто-то из тех, кто считает, будто «привел Ельцина к власти». Но за Ельцина проголосовало большинство жителей России, а не только демократы.

Да, печально было видеть сидящих в зале демократов после ухода президента и печально слышать отчаянный крик: «Неправда!»

В съездовские и послесъездовские дни выяснилось, что многое объединяет команду Буревестников и интеллектуалов типа Арбатова.

А именно: плач по поводу утраты Россией «духовности» и прямо-таки отчаянное сочувствие сирым и убогим.

Плачет на тему «духовности» даже уважаемый академик Лихачев. Действительно уважаемый.

Но, помилуйте, что нам было терять? Неужели духовность расцветала при Жданове, Суслове, Фурцевой, Демичеве? При Главлите и обязательных визах инструкторов из отделов ЦК?

Не надо волноваться. Наша духовность останется с нами. И писатели теперь совсем неплохие. И художники. И Ростропович дает концерты, хотя и редко. И Галина Вишневская ведет мастер-классы. И Спиваков приезжает. И Макарова время от времени танцует на сцене родного театра.

Только Сахарова не вернешь.

Нет, не стоит плакать о дутой духовности. И о сирых и убогих, о старушках и калеках, которые просят милостыню в московских переходах.

Люди моего поколения помнят, что после войны нищие и калеки буквально наводнили Москву и другие города. Мы видели их культи, видели, как молодые мужики с ампутированными ногами передвигались на самодельных деревяшках, отталкиваясь от земли руками. В вагонах электричек и на рынках они смотрели на нас, уцелевших, белыми от гнева глазами. И мы, отворачиваясь от страха и стыда, бросали им трешки.

Я бы дорого дала, чтобы узнать, кто и как в один день очистил Москву от калек и нищих? Кто подписал соответствующее распоряжение? Кто производил отлов? Говорят, калек отправили на остров Валаам. А нищих куда? В печи крематориев? Почему – понятно! Калеки и нищие портили вид. Порождали нездоровые эмоции.

Вы же понимаете, кто они были? Те самые, кто СРАЖАЛСЯ ЗА РОДИНУ.

Вот бы историкам поднять еще не поднятые архивы.