Записки путешествующего ветеринара: нескучные истории о диких пациентах

Крокодил

Миротворец – это тот, кто кормит крокодила в надежде, что тот съест его последним.

Уинстон Черчилль

Я захлебывался и кашлял, вдыхая вездесущую медно-красную сухую африканскую пыль, которая забивалась в микроавтобус через открытое окно, почему и пришлось закрыть его.

Было шесть утра. Стояло холодное августовское утро. И мы только что свернули с главной трассы на пыльную дорогу, которая уходила в бесконечность в бесплодной дикой пустоши южноафриканского буша. Единственным намеком на смутное продвижение в направлении какого-то жилища был покосившийся почтовый ящик, стоявший у дороги. Мои компаньоны, сидевшие в автобусе сзади, резко проснулись: смена ландшафта заметно увеличила уровень шума, одновременно лишив нас прежнего комфорта поездки. Каждые рытвина и камень заставляли весь автомобиль вибрировать и сильно трястись, словно кто-то решил проверить подвеску на прочность.

В истинно африканском стиле пыльная дорога казалась бесконечной, а видимость заметно ухудшилась из-за облака пыли, которую мы поднимали.

Мы ехали уже полтора часа, когда свернули с главной дороги к нашему конечному пункту назначения. И этот отрезок пути сразу начал напоминать некую прелюдию ко всей поездке в целом. Мы покинули наши комфортные жилища, отправившись в кромешной темноте на северо-запад от Нельспрута в ожидании приключения: сегодня мы должны были поймать и перевезти 4,6-метрового самца нильского крокодила весом около 700 килограмм.

Когда очередной красивый кроваво-оранжевый африканский восход солнца начал испарять стелющийся легкий туман, в отдалении появилось одинокое беленое кирпичное строение. По мере того как мы приближались, стали заметны другие постройки фермы. Там стояло с полдюжины строений, все одинаковые по форме: одноэтажные кирпичные ангары с покрытыми листами жести крышами. Каждый объект был примерно 10 метров в ширину и 20 метров в длину. По опыту посещений других крокодильих ферм я знал, что это загоны, где содержат крокодильчиков партиями по несколько тысяч штук. Их группируют по возрасту от яйца до двухлетних крокодилов. Там еще находилось с десяток одинакового размера бетонных ям, состоящих из зоны «бассейна» и зоны «пляжа». В них содержались крокодилы от 3‑х до 5 лет группами в зависимости от размера, их было несколько сотен. Последнее строение было одним большим загоном размером с футбольное поле, с двумя стоячими водоемами, окруженными широким, покрытым травой берегом. Именно внутри этого загона держали спаривавшихся самцов и самок. Всего их было 120 особей, все взрослые, полностью выросшие, в длину примерно от 3 до 5 метров. Границей этого загона служила метровой высоты бетонная стена, увенчанная 50-сантиметровой полоской рабицы. Два больших водоема были разделены проходом для кормления, который наполовину заходил в загон. В этот проход можно было попасть через запирающиеся ворота, и он был продолжением окружающей это пространство бетонной стены, но без рабицы. Я представил себе всю эту бойню во время кормежки, когда работники кидали мясо в море щелкающих челюстей.

Одной заметной особенностью загона для взрослых крокодилов было то, что его выстроили в первую очередь для удержания крокодилов внутри, а не для того, чтобы держать людей в безопасности снаружи. Там не было ни электрической изгороди, ни двойной загородки, ни укрепленного забора, ни колючей проволоки. Отсутствовала охрана. Стояла лишь парочка наклонившихся табличек с надписью «ВНИМАНИЕ! КРОКОДИЛЫ! ЛЮБОЙ ПРОНИКШИЙ СЮДА БУДЕТ СЪЕДЕН!» Если бы какой-то глупец рискнул перелезть через ограду, ему можно было бы только пожелать удачи – таков был посыл. Здесь не было той массы предписаний и правил, касающихся здоровья и безопасности, которые можно встретить в Англии, Европе или Америке. Это Африка: естественное чувство страха и здравый смысл казались достаточной защитой.

В период с 1950-х до начала 1970-х годов представители отряда крокодиловых массово истреблялись во всем мире, в первую очередь из-за их кожи, использовавшейся для производства кожаных изделий. Это привело к тому, что многие их виды оказались на грани исчезновения, включая африканского нильского крокодила. В 1975 году была принята Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой уничтожения (СИТЕС), чтобы отрегулировать процесс торговли дикими животными. И многие страны, включая Южную Африку, внесли изменения в законодательство, чтобы защитить крокодилов и увеличить численность их мировой популяции.

Учитывая тот факт, что потребность в крокодиловой коже и мясе оставалась такой же высокой, разведение крокодилов на фермах стало способом уменьшить давление на дикую популяцию со стороны браконьеров, а также восстановить их популяции, выпуская молодых крокодильчиков в дикую природу.