Записки путешествующего ветеринара: нескучные истории о диких пациентах

Вернувшись на базу, я сидел, глубоко погруженный в свои мысли, и ел бургер, не замечая громких разговоров вокруг. Среди студентов поползли слухи, что они смогут полетать на вертолете, если останется время после поимки животных. «Отлично, – подумал я. – Если все пойдет не так, мне еще, помимо всего прочего, придется иметь дело с разочарованными студентами».

Это был шаг в полную неизвестность, которого я всегда боялся. Я вспомнил тот отчаянный страх, который испытывал перед первым прыжком с тарзанки, и первый раз, когда я прыгнул на крокодила, чтобы удерживать его. Но последующий ажиотаж и сохранившиеся незабываемые воспоминания о подобном опыте всегда заставляли меня признать, что первоначальный страх точно стоил того, чтобы его преодолеть. Поэтому я знал: что бы ни случилось, через несколько часов я приобрету бесценный опыт, и эта мысль заметно мотивировала меня.

От этих мыслей меня отвлек знакомый гул, и уже через несколько минут вертолет кружил над нами всего в ста футах. Несколько секунд спустя Жак приземлился на место кормежки, подняв облако пыли. Сколько бы раз я ни наблюдал эту картину, я всегда восхищался ею: вертолеты поистине были самым совершенным видом транспорта.

Двигатель заглох, лопасти замедлили ход, и пыль улеглась, открыв взгляду вертолет R44. Сняв гарнитуру и повесив ее на крючок над головой, Жак открыл дверь кабины и вышел, приветствуя Кобуса широкой улыбкой и крепким рукопожатием.

Повернувшись ко мне, Кобус представил нас друг другу.

– Думаю, мы дадим сегодня Джонатану возможность попробовать, – сказал он.

– Отлично, без проблем.

И, поняв друг друга без слов, что бывает, когда работаешь вместе многие годы, они вернулись к вертолету, сняли четыре двери и вынули две дополнительные канистры с бензином, поставив их неподалеку рядом с кустом.

Я же направился к своему пикапу, чтобы подготовиться и собрать оборудование. У меня была пара дротиков, еще два я взял у Кобуса. Всего у меня было четыре дротика для трех зебр. Я не был уверен, что этого будет достаточно, но Кобус развеял мои сомнения и сказал, что в случае необходимости можно всегда приземлиться и приготовить дополнительные дротики. Обычная процедура предполагала, что в вертолет берут дротики с запасом, но это, вероятно, было бы слишком для моей первой вылазки. И я не возражал.

Забрав ружье для дистанционной инъекции Dan-Inject CO₂ и контейнер с четырьмя дротиками, я подошел к вертолету, возле которого уже собрались студенты. Взяв у меня ружье, Кобус вкратце описал базовые элементы техники и правила безопасности. Пользоваться только нижней петлей ремня безопасности на сиденье, чтобы не ограничивать движения. Правая нога должна стоять на подставке, чтобы наполовину высовываться из вертолета, а левая нога должна быть закреплена под сиденьем пилота для удержания равновесия. Всегда держи ствол ружья снаружи вертолета, направляя его вовне и вниз. Жди команды пилота занять положение для стрельбы. Целься поверх вертолета, чтобы минимизировать воздействие нисходящего потока на дротик…

Я пытался запомнить все это, отложить в голове, чтобы потом повторить про себя, будучи уже на борту вертолета. А потом вдруг почувствовал легкое головокружение. А что если я случайно совершу какую-нибудь глупость и подвергну опасности жизнь Жака?

Он летал на вертолете уже более двадцати семи лет и никогда не попадал в аварию. Он сам обслуживал все свои вертолеты и знал в них каждую гаечку, болтик и винтик. В своей машине он мог контролировать все, за исключением меня. И если Жак разрешил пустить в кабину вертолета абсолютно незнакомого ему человека с ружьем, заряженным эторфином, то это говорило о безграничном доверии Кобусу.

Закончив инструктировать, Кобус повел студентов к машинам, оставив меня наедине с Жаком. Я забрался в вертолет, занял то место, которое совсем недавно занимал Кобус. Я был чуть пониже ростом, поэтому, поставив ногу на подставку, я оказался больше снаружи машины, чем внутри. Я еще раз проверил привязной ремень, он выглядел достаточно надежным. Осмотрев вертолет снаружи, Жак запрыгнул на сиденье. Он всегда был скрупулезен в проверке машины. И это неудивительно, когда у тебя такая профессия, где средний срок службы составляет шесть лет. Он жестом показал мне надеть гарнитуру и надел свою. И тут неожиданно внешний мир затих.

– Ты меня слышишь? – голос Жака звучал у меня прямо в голове.

– Да, отлично.

– Все хорошо? Ты доволен?

– Да, пристегнулся и устроился.

– Отлично! Так, чтобы ты знал, мы можем свободно переговариваться через это устройство. Они не слышат нас на земле, но я смогу общаться с ними на другой частоте. Все понятно?

– Понял, спасибо.