Завоевание Америки Ермаком-Кортесом и мятеж Реформации глазами «древних» греков

«А вот какие дела творил Камбис в своем безумии против других персов. Как-то раз царь, говорят, сказал Прексаспу, который был у него в великой чести и докладывал ему дела (сын его был виночерпием у Камбиса, а это также — великая честь)… „Прексасп! Кем меня считают персы? Что они говорят обо мне?“. А тот отвечал: „Владыка! Они воздают тебе великую хвалу во всем, только говорят, что ты слишком пристрастился к вину“… А Камбис с гневом воскликнул: „Стало быть, персы считают меня пьяницей и безумцем?… Смотри, говорят ли персы правду или сами лишились рассудка! Если я попаду СТРЕЛОЙ В САМОЕ СЕРДЦЕ ТВОЕГО СЫНА, который стоит там перед дверьми, то ясно, что речь персов — вздор. Если же я промахнусь, то, значит, персы говорят правду и я не в своем уме“. С этими словами царь натянул свой лук и ПУСТИЛ СТРЕЛУ В МАЛЬЧИКА. И когда тот упал, то ПРИКАЗАЛ РАССЕЧЬ ЕГО ТЕЛО и осмотреть рану. Стрелу нашли в сердце, и Камбис со смехом и радостью обратился к отцу мальчика: „Прексасп! Тебе ясно теперь, что я не безумец, а вот персы — не в своем уме. Скажи-ка мне, видал ли ты на свете еще такого прекрасного стрелка, как я?“. Прексасп же, видя, что ПЕРЕД НИМ БЕЗУМЕЦ, и в страхе за свою участь, сказал: „Владыка! Я думаю, что даже сам бог не может так хорошо стрелять, как ты!“» [16], с. 149.

Здесь у Геродота, вероятно, тесно переплелись две ордынские темы. Первая — убийство юного царевича Дмитрия, будто бы по приказу Бориса Годунова. Напомним, что подросток Дмитрий, в угличской версии XVI века, был ЗАРЕЗАН НОЖОМ. Нож якобы вспорол ему бок. Аналогично, Геродот говорит, что мальчику-персу сначала был нанесен неожиданный удар стрелой, после чего ему тут же РАССЕКЛИ ТЕЛО. По-видимому, «геродотовская стрела» — это и есть «угличский нож». Причем в обеих версиях говорится о РАССЕЧЕНИИ ТЕЛА мальчика или юноши.

Вторая ордынская тема — убийство Иваном «Грозным» своего собственного сына Ивана Ивановича. Этот сюжет — один из самых известных в романовской версии русской истории. Разгневанный Иван «Грозный», не владея собой, наносит удар ОСТРЫМ ПОСОХОМ В ВИСОК СЫНУ. Тот падает, истекая кровью, и вскоре умирает. Вспомните, например, известную картину Ильи Репина, где талантливо изображена именно эта знаменитая сцена.

Аналогично, в рассказе Геродота РАЗГНЕВАННЫЙ персидский царь Камбис наносит смертельный удар сыну Прексаспа СТРЕЛОЙ прямо в сердце. И там и там подчеркивается ГНЕВ ЦАРЯ, приводящий его к безумному поступку — убийству сына. Своего собственного, или сына ближайшего придворного.

Отметим также, что в обеих версиях несчастный подросток или юноша погибает В ЦАРСКОМ ДВОРЦЕ. То есть не на войне, не на охоте, не в походе, а именно в дворцовых покоях.

12. Затем Геродот еще раз возвращается к истории Есфири = Елены Волошанки

Как мы понимаем, история Есфири была знаменита в кругах реформаторов эпохи XVI–XVIII веков. Именно дворцовый переворот в столице Руси-Орды, организованный с помощью еретички Есфири = Елены Волошанки, подтолкнул начало Великой Смуты. Поэтому мятежники очень любили этот сюжет, многократно описывали его, смаковали подробности. Писали пьесы, рисовали картины, ставили спектакли, создавали музыкальные произведения, оперы. В результате история Есфири размножилась в нескольких летописных вариантах, которые мы сегодня и обнаруживаем на страницах «античной классики». Геродот также уделил много внимания данному сюжету. Как мы сейчас увидим, сообщив об истории Есфири в самом начале жизнеописания Камбиса, он вновь возвращается к ней, но уже в разделе о «злодеяниях Камбиса».

Вот интересный рассказ «древне»-греческого летописца. Завершив повествование об убийстве Смердиса, Геродот сообщает следующее.