Завоевание Америки Ермаком-Кортесом и мятеж Реформации глазами «древних» греков

На старинном рисунке, приведенном нами выше, показан описанный сибирско-американский обряд, см. рис. 8.198. На столе действительно стоит большая чаша с образом Христа. Вокруг чаши горят несколько сосудов с жиром и, вероятно, с серой. Здесь мы сталкиваемся, по-видимому, со следами старинных христианских обычаев. Как мы уже говорили в книге «Царь Славян», в древности крестили не только водой, но и огнем. Христа именовали также Солнцем. В причастную чашу наливали воду а вокруг нее, как нам сообщает Летопись, возжигали огонь. Либо же чаша с образом Христа символизировала сосуд, куда Ангелы собрали его кровь во время распятия на кресте. Во время христианского причастия в церковную чашу наливают вино и пьют из нее. Но ведь, согласно Евангелиям, вино символизировало кровь Христа. Как мы покажем в дальнейших публикациях, «Чаша с юным Христом», это — известная Золотая колыбель, куда положили Младенца Христа. Вероятно, все эти христианские символы причудливо переплелись в Остякском-Ацтекском обряде. В итоге некоторые люди стали поклоняться чаше Христа, окруженной огнем. Но поскольку те же Остяки-Ацтеки соединили этот обряд с поклонением образу Марии Богородице = Золотой Бабе, то могло случиться так, что отсюда возник образ Золотой Бабы, сидящей в чаше, окруженной причастным огнем. Отсюда всего лишь один шаг до тенденциозно искаженного образа Бабы-Яги, сидящей в ступе, вокруг которой иногда возникает пламя — «огненная метла».

28. Письма Кортеса к императору Карлу V — это послания Ермака к царю Ивану Грозному

Во время покорения Центральной Америки Кортес направлял посольства к императору Карлу V с письменным отчетом о походе. Между 1519 и 1526 гг. Кортес написал и отправил испанскому королю Карлу V шесть длинных писем, в которых подробно рассказал о своих открытиях и завоеваниях в Мексике. Первое и пятое письма утрачены, и содержание их остается неизвестным. Поэтому издатели «Писем» конкистадора вынуждены были заменить первое его послание другим весьма интересным документом примерно того же времени (1519) — письмом об основании города Веракруса. По той же причине шестое письмо заняло место отсутствующего пятого. Из сохранившихся ЧЕТЫРЕХ ПОСЛАНИЙ Кортеса второе было закончено 30 октября 1520 г., третье — 15 мая 1522 г., четвертое — 15 октября 1524 г. и шестое — 3 сентября 1526 г.

Первые три были опубликованы отдельно (вскоре после их получения) в Испании. Полное издание впервые было предпринято в Мадриде ЛИШЬ в 1852 г. в серии «Biblioteca de Autores Espanoles» (t.22). Несмотря на литературные достоинства и обилие исторических фактов, «Письма» Кортеса — источник весьма сложный [24], с. 148–149.

Пересказ первого письма Кортеса-Ермака есть у Гомары в «Истории завоевания Мешико». Считается, что два из четырех писем были опубликованы в Испании, в Севилье, якобы в 1522 году, а затем якобы в 1524 году в переводе на латинский в Нюрнберге [10], с. 340.

В книге «Библейская Русь» мы уже отмечали, что это посольство, Кортеса, как и соответствующее посольство Колумба, вероятно, отразились в известной индейской книге «Пополь Вух» в виде сообщения о посольстве, направленном индейцами Майя к заморскому царю Кецалькоатлю. Напомним, что, согласно нашим результатам, образ Кецалькоатля впитал в себя также данные о царе-хане Иване IV Грозном. Отразившемся в западных хрониках под именем Карла V.

Поэтому интересно посмотреть — сообщают ли русские источники о посольстве, направленном атаманом Ермаком к Ивану IV Грозному? Да, говорят, и этот сюжет хорошо известен.

Вот что рассказывает Карамзин в разделе «Посольство в Москву».

«По сказанию Летописца, сей витязь счастливый (Ермак — Авт.) дал знать Строгановым, что Бог помог ему одолеть Салтана, взять его столицу, землю и Царевича, а с народом присягу в верности; НАПИСАЛ И К ИОАННУ, что его бедные, опальные Козаки, угрызаемые совестию, исполненные раскаяния, шли на смерть и присоединили знаменитую Державу к России… НА ВЕКИ ВЕКОВ… что они ждут указа и Воевод его: сдадут им Царство Сибирское…

С сею грамотою поехал в Москву вторый Атаман, первый сподвижник Ермака Тимофеева… Иван Кольцо, не боясь своего торжественнаго осуждения на лютую казнь преступника…

Столь поздно известив Строгановых о своем успехе, не думал ли Ермак, обольщенный легким завоеванием Сибири… властвовать там независимо? не для того ли наконец обратился к Иоанну, что увидел необходимость требовать его вспоможения, ежедневно слабея в силах, хотя и побеждая? Но мог ли умный Атаман с самого начала не предвидеть, что горсть смельчаков, оставленных Россиею, года в два или в три исчезла бы в битвах или от болезней суроваго климата, среди пустынь и лесов, служащих вместо крепостей для диких свирепых жителей, которые платили дань пришельцам единственно под угрозою меча или выстрела?…