Живая Корея. Все о развлечениях и жизни молодежи

Как только изучающий язык осознаёт, что он научился распознавать и строить блоки слога, у него будет только одна трудность – выбрать правильное среди известного, неизвестного или просто ерундой. И ему нет никакой необходимости при произношении или написании слога и слова общаться со словарём.

Конглиш стал широко распространяться в Республике Корея в результате культурного влияния США. В КНДР понятия «конглиш» не существует. Процесс индустриализации начался в Республике Корея лишь в XX веке и шёл параллельно с приобщением страны к миру западной культуры. Довольно долго это приобщение происходило через японское посредничество. Корейский язык хранит следы этого явления. В нём существует много заимствований из западноевропейских языков, в том числе и из английского, пришедших через японский язык. После войны экономика Республики Корея была полностью переориентирована в сторону освоения американского технического опыта. Началось массовое приобщение к новому языку-посреднику.

В настоящее время многие лингвисты говорят об «английской лихорадке» в Корее. Использование английских слов в повседневной беседе, рекламе и развлечениях на сегодняшний день считается как никогда модным и актуальным в Корее. Однако это использование часто может привести к недоразумениям из-за проблем с произношением, грамматикой или лексикой. В основе многих явлений «конглиша» лежит так называемый прямой перевод. Адекватный перевод подразумевает перевод не столько слов, сколько понятий, стоящих за этими словами. А понятия, как известно, могут не совпадать.

Существуют также опасения, что упор на изучении английского языка может обеднить корейский язык, сделать его менее важным и ценным для жителей Кореи. Ведь, как известно, корейцы очень гордятся своим языком, который уникален и не похож на другие языки. Однако современное поколение всё больше внимания уделяет именно английскому языку, что обусловлено, в первую очередь, его спросом на корейском и мировом рынке труда.

Государство

Для дальневосточной культуры всегда был характерен этатизм, особая роль государства, которое воспринималось не как нечто чуждое, враждебное и механистическое, а наоборот, как сила органичная и благая, как естественный защитник человека. Категория «общего», «общественного», «государственного» в конфуцианском сознании имела безусловно положительную семантическую окраску и противопоставлялась категории «частного», воспринимавшейся более или менее негативно. Вмешательство государства в самые разные стороны жизни считалось благом, тем более что исторический опыт однозначно говорил человеку, выросшему в условиях дальневосточной цивилизации: слабое государство – это кризис оросительных систем, это голод, это жестокие внутренние смуты и ещё более жестокие вторжения кочевников.

Этот подход, хотя и несколько поколебленный распространением западных представлений, в целом сохранился и до наших дней. Уважительное отношение к власти, законопослушность остаются и поныне заметными чертами корейского национального характера. В период правления Ли Сын Мана и военных диктаторов (1948–1987) корейское государство было авторитарным, и в его распоряжении находился немалый полицейский аппарат.

Другой чертой корейского государства является склонность официальных органов к вмешательству в такие области жизни человека, которые в других странах традиционно считаются глубоко личными и не подлежащими никакому правовому регулированию. До самого недавнего времени, например, в Южной Корее существовала статья, предусматривающая за супружескую измену до 2 лет тюремного заключения. Статья эта была изъята при пересмотре уголовного кодекса только в апреле 1994 г. Можно вспомнить и попытки регламентации одежды, например, борьбу с мини-юбками в семидесятые годы (блюстители порядка тогда отлавливали модниц и с помощью линейки проверяли, не превышает ли расстояние между их коленками и краем юбки тех 15 см, что были установлены законом в качестве максимума).

Ещё одним интересным случаем переосмысления традиционных воззрений и их приспособления к новым условиям являются те метаморфозы, которые произошли с представлением о знатности. Понятие «камун», которое с некоторой долей приблизительности может быть переведено на русский как «родовитость», было очень важно для корейцев и во многом определяло выбор друзей, знакомых, и, особенно, женихов и невест. Сейчас понятие «камун» начинает включать в себя и представление о положении предков и родственников в той иерархии профессий и родов деятельности, которая существует в современном корейском общественном сознании. Например, у дочери шофёра или крестьянина «камун» будет считаться плохим, а у отпрыска врача или чиновника – хорошим.

Обратная сторона монеты

Однако иерархия и подчинение часто приводит к неравенству в обществе и отсутствию возможности для личного роста и развития. Из-за этого существуют ярко выраженные нормы и правила поведения, а также высокая степень социальной дисциплины.