Жизнь в средневековом замке

Когда [Жоффруа Анжуйский] вошел во внутренние покои большого зала королевского дворца [в Руане], окруженный своими и королевскими рыцарями и толпой народа, король… вышел ему навстречу, обнял его, ласково поцеловал и, взяв за руку, подвел к его месту… Весь день прошел в радостном праздновании. На следующий день с первыми проблесками зари приготовили ванну, как требовал обычай при вступлении в рыцари… После купания Жоффруа облачился в льняное белье, расшитую золотом тунику, пурпурную мантию, шелковые чулки и туфли, украшенные золотыми львами; его помощники, посвященные в рыцари вместе с ним, также облачились в пурпур и золото. [Жоффруа] со своей свитой из дворян вышел из покоев, чтобы появиться перед всеми. Лошади и оружие были доставлены и розданы. Жоффруа получил испанского коня дивной красоты, быстрого, как птица; затем его защитили кольчугой с двойной сеткой, которую не могло пробить ни копье, ни дротик, обули в железные сапоги из такой же кольчужной сетки; надели на него золотые шпоры; на шею повесили щит с золотыми львами; на голову надели шлем со множеством сверкающих драгоценных камней, который не мог пронзить или повредить ни один меч… Так был вооружен наш начинающий рыцарь, будущий цветок рыцарства, который, несмотря на доспехи, вскочил на коня с удивительной ловкостью. Что еще я могу сказать? Этот день, посвященный чествованию новоиспеченных рыцарей, весь прошел в играх и военных упражнениях. Семь полных дней продолжалось празднование в честь новых рыцарей.

Именно так, согласно описанию хрониста Жана Турского, пятнадцатилетнего Жоффруа Анжуйского посвятил в рыцари (1128) его будущий тесть Генрих I. В конце XII века к светскому ритуалу добавили религиозный обряд. Неофит проводил ночь в замковой часовне, очищая свою душу, так же как ванна очищала его тело. На рассвете священник служил мессу, и юноша присоединялся к родным и друзьям во время завтрака. Затем он надевал новые одеяния, сшитые специально по этому случаю, – чаще всего безупречно белые, а не золотые и пурпурные, как у Жоффруа Анжуйского: белая шелковая рубаха, штаны, горностаевая мантия.

Посвящение обычно происходило под открытым небом, на помосте или ковре, среди трубачей и менестрелей. Отец юноши и другие рыцари – нередко включая того, чьим вассалом был отец, – помогали ему надеть доспехи и снаряжение, приносили меч, благословленный накануне священником; молодой человек почтительно целовал его рукоять, внутри которой иногда хранились святые мощи.

После этого наступала главная часть церемонии – удар, обозначавший посвящение (colée, акколада), который обычно наносил отец. Совсем не символический: он часто сбивал будущего рыцаря с ног, даже если тот был готов к этому. Согласно каталонскому автору Раймунду Луллию,

colée наносился для того, чтобы вновь посвященный не забывал о только что данной им клятве.

«Вперед, прекрасный сын! Будь истинным рыцарем, мужественным при встрече с врагом», – говорит отец в одной из chanson de geste

того времени. «Будь храбрым и честным, пусть Бог любит тебя – и помни, что ты из породы людей, которые никогда не могут лгать», – говорит отец в другой эпической поэме. Сын отвечает ему: «Буду, с Божьей помощью!»

По окончании церемонии новоиспеченный рыцарь иногда входил в церковь и клал меч на алтарь в знак своей преданности Святой Церкви.