Жребий Пастыря. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Тихона (Белавина). 1865–1925

Путешествие епископа Тихона по реке Квихпах

20 июня. К вечеру комары, вероятно, изголодавшиеся за время дождя, жалили немилосердно. В 6 часов владыка проснулся. Пришли кускоквимцы, чтобы помочь сделать последний перенос. С собою они принесли своей рыбы юколы (сухого лосося): во время чая все отведали ее, хотя попахивала она уже довольно сильно.

Нам предстояло дальше переплыть небольшое, но глубокое озеро и затем опять переноситься к ближайшей речонке. Чтобы не затруднять спутников заботами об устройстве для него кое-каких удобств на байдарке, владыка решил переехать озеро на туземном каяке. Перевез владыку туземец Квихпахской миссии церковный сторож Ефим Авивов. Все следили за этим переездом, затаив дыхание, ибо местный каяк, берестяной, верткий – очень ненадежное суденышко.

Добравшись до желанной речушки и все перенесши сюда, с огорчением увидели, что в речушке этой, которая через два часа должна была привести нас к Кускоквиму, почти совсем нет воды. Нам предстояло теперь добираться до Кускоквима или по берегу речонки через непроходимую чащу леса, или по руслу ее, в иных местах по колени в грязи. Мы выбрали первый путь. Владыка, не желая затруднять гребцов, которым надо было перетаскивать байдарку по глубокой грязи, не остался в ней, а пошел с нами, хотя мы и предупреждали его, что путь этот очень труден. Пошли. Впереди шел мальчик проводник, за ним кускоквимский миссионер, потом владыка, а заключал шествие квихпахский миссионер. Приходилось в буквальном смысле слова «продираться» сквозь чащу. Ельник, березник, ольха и ивняк издавали смолистый аромат, цветы различных ягодных растений, голубые колокольчики и в особенности красавица дикая роза, радовали глаз. Но на услаждение красотами природы нам оставалось очень мало времени, ибо почти все оно уходило на распутывание или разламывание ветвей и перепрыгивание через всякие препятствия. Не только стопа святителя Христова никогда не попирала земли сей, очевидно, и нога дикаря никогда не бывала здесь. Около четырех миль прошли мы по этой чаще. Солнце жгло очень сильно, в воздухе было совершенно тихо, ни малейшее дуновение ветерка не освежало нас. Владыка старался и вида не подать, что этот путь утомил его, но бледность лица выдавала его. На счастье, как раз подошли к месту, где в реке оказалось немного больше воды, и владыка по нашим усиленным просьбам сел в байдарку. В 4 часа дня приехали на Кускоквим. Здесь напились чаю, ибо с утра ничего не ели. В 5 часов двинулись вверх по Кускоквиму. Встретили майнеров[41], которые спускались с верховьев Кускоквима. К радости нашей, они сообщили, что оставили в Русской миссии много провизии. У них мы взяли немного соли.

В 9 часов пришли в первое село Кускоквимское Калкагмют. Здесь встретили нас ружейными салютами. Когда байдарка наша пристала к берегу, владыка вышел из нее и благословил всех жителей. После сего приготовлено было все к вечерней молитве: на архипастырской трости, водруженной в землю, повешен был образ Спасителя, владыка облачился в мантию и малый омофор и благословил начало. Дружно и сердечно полилась молитва к Творцу всех. В первый раз со времени проповеди православия раздалось здесь во славу Божию слово святителя Христова. Это обстоятельство вместе с обстановкой молитвы – в глубоких сумерках под открытым небом, в сообществе с полудикими людьми – придавало ей какой-то особый торжественно-таинственный характер, переживались в высшей степени хорошие, чистые минуты. Да будет благословенно здесь имя Господне отныне и до века!

После молитвы владыка сказал назидательное поучение народу о том, чтобы берегли свою веру православную как зеницу ока. Многие из инославных миссионеров, в особенности иезуиты, всеми силами стараются совращать православных, для чего лечат их, помогают им провизией и т. д. С благодарностью принимая эту помощь их и чем можно оплачивая им за нее, не надо, однако, никогда изменять своей вере; за это грозит нам праведный гнев Божий, постигший некогда Исава, продавшего за чечевичную похлебку свое первородство. Окончивши поучение, владыка раздавал взрослым и детям иконки и крестики. Молящихся было около 50 душ обоего пола.

Так как помогавшие нам на переносе люди дальше не могли идти с нами, то владыка приказал заплатить им. Они остались очень недовольны, что им уплачено было деньгами, а не провизией. Но последней у нас самих было мало. Провизия имеет здесь далеко большую цену, чем деньги, за которые ничего не купишь. Миссионеру в этом крае приходится запасаться всегда большим количеством провизии.

Американский православный вестник.

1900. № 17. С. 409–414.