Жуткая биология для безнадежных гуманитариев. Вампировые летучие мыши, пиявки и прочие кровососущие

Как правило, мы с Ким стояли в стороне, пока Боб загонял корову в «ошеломляющую коробку» – сверхпрочное стальное ограждение, предназначенное для того, чтобы обречённое животное не имело возможности делать что-то, кроме как просто стоять там. Этот процесс обычно начинался сразу после того, как инспектор понимал, что он должен быть где-то ещё. Подойдя к нижней направляющей коробки, Боб прикладывал рабочий конец инструмента к черепу коровы и не спеша делал один «чистый» выстрел.

По звуку это напоминало стрельбу из малокалиберного пистолета в закрытом помещении. Всё происходило мгновенно. Стальной болт пробивал мозг коровы и животное падало замертво.

Боб наклонялся, проверяя, реагируют ли глаза коровы. Моргание означало бы, что животное всё ещё живо, хотя за три года наших посещений скотобойни мы никогда не видели, чтобы это происходило[30]. Убедившись, что корова не собирается воскреснуть, Боб быстро забирался в ящик и исчезал за его стенками.

– Это самая опасная часть моей работы, – раздался приглушённый голос. – Нервные окончания по-прежнему реагируют.

– Это точно, – произнёс я, наконец-то получив шанс применить анатомические познания, накопленные за долгую университетскую карьеру.

– Один удар может сломать человеку спину.

Менее чем через минуту бесчувственное животное было повешено над большой пластиковой бочкой. Затем единственным уверенным движением ножа Боб разрезал одну из ярёмных артерий коровы и вовремя отступил, чтобы избежать мощного потока крови.

Как только корова была полностью обескровлена (именно в то время, когда Боб уже тянулся к пиле для разделывания туши), мы с Ким оттаскивали переполненную горячей кровью бочку в противоположную сторону комнаты. Облачённые в рыболовные дождевики и перчатки, мы стояли над бочкой и по очереди использовали металлическое ситечко для перемешивания крови. Тем самым мы фактически ускоряли естественный процесс свёртывания крови, который был вызван химической реакцией, как только кровь покинула артерию. Хотя гемостатический (свёртывающий) механизм, который мы в настоящее время стимулировали, не способен остановить поток крови из крупных кровеносных сосудов, он чрезвычайно эффективно предотвращает избыточную потерю крови после незначительных травм. Впрочем, при укусе пиявки или летучей мыши – вампира этот механизм также не поможет. Эволюция предоставила этим существам ряд компонентов в их слюне, которые могут прервать процесс свёртывания крови на несколько часов. В результате чего гематофаг может вдоволь напиться.

Летучие мыши – вампиры поглощают кровь из раны, которую наносят клыками. Для этого они, используя свои язычки, вытягивают кровь. Вопреки распространённому мнению они не сосут кровь у своих жертв. На самом деле физика процесса схожа с забором крови в капиллярную трубку. По сути, кровь втягивается в эти стеклянные трубки, потому что их внутренний диаметр настолько мал, что сила притяжения между кровью и стеклом больше, чем сила гравитации. Таким образом кровь поступает внутрь трубки, заполняя её.

Что же касается летучих мышей, принцип действия следующий: язык выполняет функцию своеобразного поршня и заставляет кровь течь по паре канавок, расположенных на дне языка, в рот летучей мыши. На нижней губе у них есть специальное пространство между нижними резцами для облегчения кровотока. При таком кормлении слюна свободно попадает на рану, что препятствует свёртыванию. Антикоагулянтные соединения предотвращают слипание тромбоцитов в крови и, следовательно, образование тромбов. Более того, они мешают сужению разорванных кровеносных сосудов – процессу, который обычно снижает приток крови к месту ранения. Наконец, фермент, который медицинские исследователи назвали десмокиназой (а позднее десмотеплазой, или DSPA), разрушает белковый каркас, на котором может образоваться остаток тромба.