Жуткая биология для безнадежных гуманитариев. Вампировые летучие мыши, пиявки и прочие кровососущие

Некоторые исследователи используют альтернативный способ для облегчения хранения крови (для еды летучих мышей – вампиров и других целей). Техника включает в себя цитрирование крови путём добавления в неё цитрата натрия, что также препятствует образованию сгустков. И хотя мы никогда не прибегали к такому методу, оглядываясь назад, нужно заметить, что это могло бы обеспечить нашим пленным вампирам немного более питательную еду. Всё потому, что, в отличие от нашего метода взбивания и фильтрации, в цитрированной крови остаются белки.

В нашей лаборатории в университете мы с Ким переливали кровь в бутылки из-под «Снэпла», которые собирали в кафетерии (и да, мы их предварительно мыли). Мы замораживали наполненные кровью бутылки, размораживая их каждое утро, чтобы к вечеру жидкость достигла комнатной температуры. Таким образом мы кормили нашу колонию летучих мышей – вампиров, наливая кровь в лоток для замораживания льда. Как и Фарук в Тринидаде, раз в неделю (и в праздничные дни) мы устраивали вампирам роскошный ужин, принося живую курицу. Как я узнал три года спустя, это было жизненно необходимо для поддержания нашей колонии гематофагов.

Вскоре после передачи летучих мышей другому выпускнику Корнеллского университета, мне позвонила взволнованная Ким. Как оказалось, новый исследователь не только освободил мою подругу от ее обязанностей по уходу за летучими мышами, но и решил приостановить трапезы с живой курицей (чтобы сэкономить несколько долларов в неделю и избежать незначительных хлопот). В течение десяти дней летучие мыши – вампиры начали скоропостижно умирать. После «разговора» с выпускником и возвращения еженедельного ужина всё пришло в норму.

В течение трёх лет мы содержали наши колонии обыкновенных и белокрылых вампиров, за это время мы часто наблюдали очень необычное поведение при кормлении и интересное социальное взаимодействие между нашими пленниками. Как мы узнали позднее, Фаруку и его команде уже было известно это, хотя их нежелание публиковать полученные материалы стало для нас сюрпризом.

Тем не менее мы были благодарны, что эти эксперты по летучим мышам решили сотрудничать с нами и быть соавторами. Часто бывало, что мы созванивались и по потрескивающей междугородной телефонной линии обменивались такими диалогами:

– Да? – тринидадский акцент Фарука заставлял это звучать больше как «да-а-а».

– Фарук?

– Да.

– Вы не поверите тому, что мы только что видели.

Тишина.

– Я думаю, что белокрылый вампир подражает птенцам. Они, как птенцы, прижимаются, успокаивая кур, и затем кусают их в грудь. Это невероятно!

Тишина.

– Фарук?

– Да.

– Вы когда-нибудь видели это раньше?

– Да.

– Невероятно! Хорошо, до связи!

– Да.

Положили трубку.

Я всегда считал своего друга Фарука Мурадали одним из самых щедрых и заботливых людей, которых я когда-либо встречал. Но сказать, что он человек немногословный… Ну вы и сами всё поняли.

Вместе с моими коллегами мы выяснили, что Артур Гринхолл был прав насчёт существенных различий между видами летучих мышей – вампиров (в нашем случае между Desmodus rotundus и Diaemus youngi), и большая часть различий была связана с вкусовыми предпочтениями летучих мышей. Вампир обыкновенный любил кровь млекопитающих, а белокрылый вампир – кровь птиц.

– Белокрылые вампиры не прыгают, – сказал Фарук. Согласились мы с этим утверждением лишь спустя более 100 с лишним испытаний на нашей платформе. Но почему?

Сначала мы протестировали нашу систему с вампиром обыкновенным, подтвердив, что эти летучие мыши могут подпрыгивать в любом направлении. Отталкиваясь от земли, они задействуют мощные грудные мышцы и удлинённые большие пальцы, задавая направление прыжка. Прыжок может достигать трёх футов в высоту.

Способности подпрыгивать и бегать со скоростью до двух метров в секунду стали результатом адаптации для наземной охоты. Они позволили вампиру обыкновенному убегать от хищников, не быть раздавленным своей относительно огромной добычей и плюс взлетать с места после кровавой трапезы. Способность кормиться от крупных четвероногих – вероятно, основная причина того, что Desmodus rotundus – самый многочисленный вид мышей-вампиров, хотя, скорее всего, такой скачок популяции произошёл сравнительно недавно.

Около 500 лет назад Desmodus rotundus, возможно, не был так распространён. Популяция была ограничена не только климатом, но и числом крупных млекопитающих. Предположительно вампиры были вынуждены (как это иногда бывает сегодня) питаться мелкими млекопитающими, а также птицами и другими позвоночными животными, такими как змеи и ящерицы.