Золотая Орда. Монголы на Руси. 1223–1502

К началу миссионерской работы обстоятельства сложились таким образом, что кюре искали в новообращенных в первую очередь помощников в борьбе с мусульманами. Более поздние события показали, что их политические ожидания связывались главным образом с поддержкой рушащихся государств крестоносцев в Иране.

Начиная с 1260 года папская курия в своих усилиях вынуждена была учитывать, что Золотая Орда и империя ильханов на протяжении десятилетий враждовали друг с другом и что Сарай находился в союзнических отношениях с заклятым врагом крестоносцев Каиром. Поэтому чем глубже папы развивали отношения с Тебризом, тем сложнее становились их позиции в Сарае. Именно с этим обстоятельством связаны большие перерывы между засылкой туда их миссионеров.

Таким образом, то, что отношения папской курии с ханами Золотой Орды ограничивались в основном религиозной сферой, объясняется в известной степени политическими соображениями ханов, не дававшим возможность использовать религию в интересах политики Римско-католической церкви.

Установление контактов началось давно, еще тогда, когда 15 июня 1253 года Сартак принял у себя Вильгельма фон Рубрука, а папа римский Иннокентий IV 29 августа 1254 года отправил в Орду посольство с поздравлением якобы в ответ на отправку к папе Сартаком некоего священника Иоанна, чего на самом деле никогда не было. Примерно в это же время в Сарай отправилась миссия доминиканцев[283] с задачей поработать в окружении Сартака. Однако, судя по всему, их миссия провалилась. При взглядах, которых придерживался Бату, в этом нет ничего удивительного. Заявления Вильгельма о том, что спастись смогут только христиане, вызывало у хана и его окружения непонимание и насмешки.

19 апреля 1258 года уже папа римский Александр IV (1254–1261) послал в Золотую Орду (и в Иран тоже) францисканских[284] миссионеров. В 1260 году в Сарае возникла их кустодия[285]. На этом сведения о деятельности в Кыпчаке посланцев Римско-католической церкви надолго прерываются.

Следующее сохранившееся донесение о миссионерской деятельности францисканцев относится к 10 апреля 1287 года. В нем сообщается о проделанной работе за прошедшее время. Руководитель францисканцев в Крыму Ладислав, в кустодию которого входил также Сарай, сообщал, что правитель Телебогэ и эмир Ногай, который был мусульманином, весьма благосклонно относятся к католической агитации и что одна знатная дама из правящего дома крестилась в Чуфут-Кале[286] на глазах не очень радовавшихся этому греков и армян.

Он также доложил, что на месте ее крещения воздвигнута часовня. Кроме этой дамы крестился также татарский комендант Вичины[287] на Дунае, что не так далеко от Аккерманской крепости[288]. Поэтому францисканцы отправили туда своего представителя, который находился там довольно долго. В Кафе в 1289 году тоже имелись францисканская церковь и приют.

В последующие годы францисканская миссия не добилась каких-либо серьезных успехов. По крайней мере, о ее деятельности ничего не было слышно вплоть до смерти Тохты в 1312 году. Но францисканцы не оставляли своих усилий. В Крыму, где генуэзцы обладали достаточно большим влиянием, они продолжали расширять христианскую общину. В 1303 году доминиканец Фаддей сменил в Кафе назначенного в 1268 году папой римским Климентом IV епископа Иоанна. В 1318 году кафский епископат стал самостоятельной церковной провинцией, территория которой простиралась от Варны на Черном море до Сарая.

Однако вскоре новый францисканский епископ Иероним так рассорился с генуэзцами, что вынужден был уехать и смог вернуться в кафский епископат только, предположительно, при содействии папы римского. В последний раз о нем упоминается в 1324 году в связи с его деятельностью по созданию христианской унии[289]. Начавшийся в 1303 году процесс завершился в 1333 году образованием в Херсоне[290] епархии, которую возглавил епископ Ричард.

Идея перегруппировки иерархических отношений на Востоке принадлежит папе римскому Иоанну XXII (1316–1334), который уделял особое внимание деятельности там церковных миссий. Поэтому наблюдалось оживление и собственно миссионерской работы, которой в значительной степени способствовал указ хана Узбека, восшедшего на престол в 1313 году. Несмотря на то что он был мусульманином, хан, апеллируя к обычаям предков, 20 марта 1314 года заявил в этом указе о своей терпимости к деятельности францисканцев, представителей православной церкви, а также других религий, за исключением шаманистов и буддистов. Таким образом, возникли более благоприятные условия для работы по обращению в христианство.

28 марта 1318 года папа римский направил хану Узбеку послание, в котором призвал Узбека и его подданных к переходу в христианство, а также попросил защиты христианской религии, в том числе разрешения возобновить колокольный перезвон на христианских церквях, что одно время запрещалось. В Средние века такое разрешение в мусульманской стране являлось редким исключением.