Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750

С точки зрения старателей, система работала отлаженно, хотя и были жалобы на трудности доставки золота из отдаленных районов капитании в Вила-Рику, пока не были в 1734 г. построены еще два плавильных цеха. Что же касается короны, то она была далеко не довольна, потому что возросшая добыча золота не оправдала ее ожиданий. Все из-за того, что по-прежнему процветали контрабанда и различные злоупотребления. Проблема горячо и долго обсуждалась в Лиссабоне, сам дон Жуан V внимательно рассматривал предложенные альтернативные меры. После долгих дискуссий и консультаций с бывшими губернаторами Минас-Жерайса, таких как граф Асумар и дон Лоренсу де Алмейда, в итоге было решено ввести подушную подать. Это предложение сделал личный секретарь короля Алешандре де Гусман, родившийся в Бразилии.

Для реализации этого намерения был выбран Мартинью де Мендонса де Пина де Пруэнса. В 1733 г. он прибыл в Бразилию и провел консультации с губернатором Минас-Жерайса и муниципалитетами капитании, которые были категорически против новой системы налогообложения. Жители настолько страшились введения подушной подати, что в марте 1734 г. они предложили вместо нее поднять королевский налог на золото минимально до 100 арроб, любой избыток поступал в плавильни и доставался короне. Граф Галвеаш принял предложение и сообщил о нем королю, так как полагал, что от ежегодной суммы в 100 арроб обязательно останутся излишки. Напротив, Мартинью де Мендонса, по словам свидетелей, «разъезжал повсюду и убеждал людей принять то, что их сегодня так угнетает. Чтобы еще больше запутать дело, он посещал школы и просил учеников написать на бумаге свое имя, потому что хотел узнать, у кого лучше почерк. С этими подписями он вернулся в город [Вила-Рика] и снова обошел все школы с тем же намерением. И после этого созвал собрание, на котором заявил, что простые люди капитании требуют введения подушной подати, как это можно видеть из их подписей». В результате совет графа отвергли, и новый губернатор Гомеш Фрейре де Андрада 1 июля 1735 г. принял слегка измененный вариант подушной подати в Минас-Жерайсе.

Одной из причин решения короля ввести новое налогообложение, было придать ему более справедливый и понятный характер. Все рабы обоих полов старше 12 лет платили налог по плоской шкале в 4¼ драхмы золотом за человека, даже те, кто был слишком стар или болен, чтобы работать. Более того, свободные негры, мулаты и люди смешанного происхождения, которые не владели рабами, должны были платить такую же подушную подать за себя. Ремесленники и работники платили ту же сумму, в то время как магазины, лавки и таверны были разделены на три категории, и их владельцы платили соответственно 24, 16 и 8 драхм. Плавильные цеха были закрыты, оборот монет в Минас-Жерайсе запрещен, хотя разрешили свободное обращение золотого песка. Подушная подать платилась 15 марта и 15 сентября. Те, кто запоздал с платой даже на день, сразу же штрафовались. В случае если по прошествии нескольких недель человек не мог найти необходимую сумму в золоте, то его рабы, товары или личная собственность конфисковывались для взыскания подати.

Подушная подать оказалась крайне непопулярной по следующим причинам. Налог лег тяжелым бременем на бедных. Старатели, рабам которых сопутствовала удача в добыче золота, платили ту же сумму за каждого раба, что и старатели, рабы которых намывали мало золота или вообще ничего. Последних было значительное большинство. Подобная картина наблюдалась и в торговле. Владельцы малодоходных лавок и таверн платили такой же налог, что и хозяева магазинов, приносивших большой доход. Фермеры были вынуждены платить также десятую часть (dizimos) урожая и пятую часть за своих рабов (quintos), таким образом подпадая под двойное налогообложение. Многим цветным женщинам и мулаткам приходилось заниматься проституцией, чтобы скопить золото для выплаты подушной подати. Временная граница налога в 12 лет была явно несправедлива, под его действие подпадал даже раб, нанятый слепым нищим для сбора милостыни.