1730 год. Август. Переэкзаменовка (СИ)

Очкастый полковник-профессор наконец очнулся. Понимающая такая улыбочка. Небось смекнул, что настоящей выучки у барышни нет. Так… рефлексы. Экскурсия за портал даром не прошла. Говорит, совсем негромко, отрицательно качая головой, показывает руками – Нельзя! Просто нельзя. Поставь, отойди. Я сам это заберу, скорее вызову кого положено – заберут. А вы смывайтесь… Да побыстрее! Анка разворачивается в мою сторону, в глазах полное недоумение. Как же это, так? А вот так! Солидно ей киваю – Йес! Сам тяну с робота контейнер (тяжелый, сволочь!) и ставлю на покрытие крыши, в паре шагов перед собой. Отступаю обратно. Виновато развожу руками… Извините, господа, типа мне жаль, что так вышло. Служба!

Полковник, вот теперь вижу – настоящий полковник, словно проявился на фотографии новый образ, вытягивается… Чуть прищелкивая каблуками. Ага, 'к пустой голове рука не прикладывается'. А чо, я ничо! Тоже вытягиваюсь и тоже щелкаю, своими говнодавами. Даже громче. Типа, обменялись знаками уважения. Показываю девице глазами на пустое пространство, между нами и хозяевами. Ближе – подходить нельзя! Поняла. Без возражений кладет поверх папку. Ну и отступи, на исходную позицию. Не мельтеши! Ха! Жди! Охраннику – воздушный поцелуй и весьма соблазнительное потягивание всем телом. Чао, мальчик! Кхе-хе! Я тут скоро сделаюсь специалистом по разговорам с помощью кашля… На взгляд Анки отвечаю взглядом и мимикой – Сваливаем! Соображает… Тоже стала по стойке смирно и головой качнула вперед. Не поклон, но близко. И в воздух взвилась. Одним прыжком… Крышки 'гробов' приглашающее откинулись. А мне как?

Гы-ы-ы! Хорошо придумала. Начальство, оно имеет право на маленькие поблажки. Робот втягивает опоры, ложится на крышу. Только ногу задрать осталось, словно на высокую ступеньку подняться. Шагаю, чувствуя на спине цепкий взгляд. Не оступиться бы… Дошел. Сел. Интересно, а как со стороны процедура смотрится? Сосредоточиться… Маску на голову, откинуться назад. Хлоп! Пф-ф-ф-ф! Прижало к лежаку… Что снаружи? И-ик! Аккуратно надо глазами вращать, чуть опять не траванул, в воздухозаборник. Парочка стоит, где и раньше, только охранник выдвинулся вперед – закрывает клиента от вероятной угрозы. М-мдя! В наушниках слышится топот, крики… Бегут по крыше, торопятся… Ну, как стрелять примутся? Полетели!

Оп-па! Вверх, вниз, стоп… Теперь в сторону… Так, над самыми деревьями – обратно. Перед глазами мелькают ветки. Прорвались? По трассе, внизу, мчится открытая машина с пулеметом. За нами или просто бдительность повышенную демонстрируют? По фиг мне их бдительность. Право руля! Вот так, закроем им обзор лесочком, а теперь – газу, газу, газу… Вырвались! Мелькают ровные ряды каких-то кустов, и поля, и каналы… По земле за мной не угнаться. По воздуху? Пусть попробуют! Справа и слева скользят бесшумные шестигранные тени. Ну, вроде бы, на сей раз, опять пронесло… Уф-ф-ф! Интересно живем, товарищи!

– Дима! – тон плаксивый, как у маленькой обиженной девочки, – Зачем он со мной так? Я же ему очень понравилась! Так понравилась, что пульс за сто двадцать перепрыгнул! А сам он – как каменный… Почему?

– Не понимаешь? Устав, гарнизонной и караульной службы, какого цвета обложка? – хе, мы тоже язвить умеем!

– При чем устав? Ваши уставы у нас не действуют! – осеклась, – Там что, девушкам хамить разрешено?

– Их даже убивать разрешается. При явном нападении, без предупреждения. Парень – едва сдержался!

– У нас такой глупости нет, – заинтересовалась, – какое ещё нападение? Профессор нас с тобой ждал.

– А охранника он предупредил? – наивное дитя природы, – Наверняка – промолчал. Иначе бы, тот его на крышу не выпустил. Вернемся – ставь своему богу свечку. Мы чудом в живых остались. Перестрелял бы!

– Не-а! – вот же вредина, – Не успел бы. Он в тебя первого стрелять собирался, – ай, спасибо, я и сам догадался, – Но, робот тебя стерег, – именно меня? Не знал, – Он быстрый! Он бы, по любому, успел раньше!

– А ты? А профессор? – как представил расклад заново, поплохело, вредная мне работа выпала, – А те, кто к нам по крыше бежали? Всех, в расход? А если бы в тебя попали? По топоту – большая толпа неслась.

– Ты тоже слышал? – хе, а то, с чего бы я так спешно распрощался? – Они бы тоже в нас стреляли?

– Аня, – ловлю себя на мысли, что теперь сам корчу педагога, доброго и понимающего, – часовой, это не человек. Это функция. С оружием в руках. Если ему положено стрелять, будет стрелять. А разговаривать на посту ему не положено. Тем более, с красивыми незнакомыми девушками. Нравятся они ему или нет…

– Да? – опять плаксивым тоном, – жалко… Он симпатичный! – после долгой паузы, – Но, уже женатый. Тогда, ладно… – это как понимать? Успела 'пробить по базе' служащего из засекреченной организации?

– Куда летим? Обратно в Вашингтон? – один черт, не время для поучений. Все бабы – чокнутые.