1920. Война с белополяками. Поход Пилсудского на Украину

Эти указания констатировали факты, но условия обстановки, в которых пришлось сражаться 12‑й, оправдывали их возникновение. Только лишь 30 апреля 12‑й армии удалось установить связь с остатками 44‑й стр. дивизии, которые обнаружились в районе г. Сквиры и м. Ружин; им приказано было отходить на Белую Церковь. Обстановка на фронте 12‑й армии привлекла на себя особое внимание штаба Республики. В дни отхода ее к линии р. Днепра произошел ряд переговоров по прямому проводу между начоперупрресп и командованием 12‑й армии. В одном из этих разговоров (без числа, вероятно, 30 апреля) командарм 12‑й высказал следующие свои оперативные предположения: наличными частями – 4000 штыков удерживаться на р. Тетерев, затем на p. Здвиж и Ирпень, а затем драться в Киеве[164].

Бандитское движение на Правобережной Украине в связи с тяжелой обстановкой на фронте 12‑й и 14‑й армий разрасталось. Это вызвало изменение направления 63‑й стр. бригады 21‑й стр. дивизии. Телеграммой наштаюза № 274/сек. от 28 апреля ее приказано было направить в район ст. Цветково-Звенигородка для борьбы с бандитизмом в указанном районе, причем бригада эта все-таки оставалась в непосредственном подчинении командования Юго-Западного фронта[165]. 29 апреля наштаюз запрашивал наштазала телеграммой № 2811/оп./ 279/сек. о том, не будет ли признано возможным активными действиями 16‑й армии в направлении на Чернобыль оказать содействие теснимым частям правого фланга 12‑й армии (источник тот же).

Исходя из общих условий обстановки на польском участке своего фронта, командюз 30 апреля в телеграмме Главкому за № 284/сек./2631/оп. высказывал следующие предположения о дальнейших действиях:

1) главными силами 12‑й армии, продолжая привлекать на себя возможно большие силы противника, упорно оборонять Киевский район; исчерпав все силы сопротивления, эта армия должна была отходить за р. Днепр, имея центр своего управления в Нежине, причем левофланговые части этой армии должны перейти в подчинение 14‑й армии. Эта последняя должна прикрыть все пути на Кременчуг и Одессу, а вместе с тем район сосредоточения и развертывания Конной армии, для чего не допустить продвижения противника южнее линии Триполье – Гайсин – Вапнярка – Ямполь. Конная армия должна была сосредоточиться на правом берегу Днепра не позднее 20 мая примерно на линии Звенигородка, Умань. Если бы к этому времени 14‑я армия не смогла удержаться на указанной ей линии, то районом сосредоточения Конной армии намечался район Елисаветград – Ольвиополь. По сосредоточении Конной армии командюз, предполагал перейти в наступление; частями Конной армии в общем направлении на Ровно и 14‑й армией на фронт Проскуров – Каменец-Подольск[166].

В развитие этих предположений командюз 1 мая отдал директиву армиям Юго-Западного фронта № 011/оп./ 2647/оп. (см. приложение № 2). Тем временем натиск противника на фронте 12‑й армии не прекращался. 1 мая разрозненные части этой армии более плотно группировались: на Киево-Житомирском шоссе в районе м. Макарова по берегу р. Здвиж (сводные отряды из всех частей 58‑й стр. дивизии), на Киево-Ровненской железной дороге в районе м. Фастов (сводные отряды из остатков 173‑й и 174‑й бригад 58‑й стр. дивизии), 7‑я стр. дивизия на правом фланге армии отходила на р. Здвиж, 17‑я кав. дивизия продолжала оставаться в районе м. Дымер. Для установления связи с 44 стр. дивизией приняты были чрезвычайные меры. Член РВС 12‑й армии тов. Муралов, вылетев из Киева на аэроплане, разыскал ее штаб, но выяснил малоутешительные новости: ведя бой в условиях полного окружения, 44‑я стр. дивизия потеряла свои штабы, учреждения и артиллерию и не имела патронов; остатки дивизии, временно утерявшей боеспособность, отводились на Черкассы. 14‑я армия во исполнение приказа командарма 14‑й № 0/39 с боями отошла на фронт: Тывров – ст. Яроценка – Копыстрик – Шаргород и вниз по р. Мурафа до м. Яруга на р. Днестре. В это же время производилась полным ходом эвакуация военных учреждений г. Киева на Кременчуг[167].