1962. Хрущев. Кеннеди. Кастро. Как мир чуть не погиб

– Господин президент, я так не считаю, я с этим не согласен. Я уверен, что суть всего дела в том, что, может быть, Хрущев метит прямо в наше сердце. И когда после выборов мы займемся Берлином, может сложиться ситуация, которая полностью изменит расстановку сил в мире. У нас огромные сложности с тем, чтобы выполнить наши обязательства по отношению не только к нашим союзникам в Западной Европе, но и ко всему Западному полушарию. У нас сейчас есть для этого силы.

Эта угроза должна быть уничтожена до того, как мы отменим карантин. Если мы отменим карантин, мы не сможем установить его еще раз. И считаю, мы обязаны сказать о том, что карантин останется в силе до тех пор, пока мы не убедимся, что они законсервированы.

– Ну, сам карантин не устранит эти вооружения, – справедливо заметил Кеннеди. – Есть только два способа это сделать. Либо переговоры, либо мы придем и сами их уничтожим. Других вариантов я не вижу.

– Не понимаю, как можно вести переговоры в течение 2 недель, когда рядом будут ракеты, готовые к пуску, – возмутился министр финансов Диллон.

Идея Стивенсона поддержки, мягко говоря, не получила. Заговорили о возможных инспекциях ООН на Кубе.

– Вы не считаете, что мы должны туда направить подготовленных людей? – спросил Маккоун. – Мы должны сами их назначить.

– Англичане подойдут, – предложил Диллон.

– Англичане, французы, шведы и австрийцы, – перечислил Маккоун.

– Я не могу поверить в то, что они допустят, чтобы толпы иностранцев осматривали их ракеты, – усомнился Роберт Кеннеди.

– Нам нужно подумать о том, что мы будем делать, если путь переговоров нам не подходит, – подхватил президент. – Каким способом мы избавимся от ракет?

– Господин президент, а мы не можем вести переговоры, не снимая блокаду? – недовольно спросил Макнамара.

– Мы не отменим блокаду, пока нам не будут даны обещания, о которых я уже говорил: на Кубу больше не будут посылать оружие; будет прекращено строительство ракетных баз; все существующие ядерные объекты на Кубе должны быть законсервированы, – настаивал госсекретарь Раск[1402].

Заседание «Экскома» на этом закончилось, но некоторые его члены отправились в Госдепартамент для обсуждения плана ударов по Кубе с воздуха. Тейлор сообщил начальникам штабов, что в Белом доме склоняются к нанесению удара только по ракетным площадкам и Ил-28. Противовоздушная оборона Флориды усилена настолько, что теперь МиГи не представляют большой опасности. Сам Тейлор и все начальники штабов по-прежнему склонялись к нанесению массированного удара по всей военной инфраструктуре Кубы. Ну, а Маккоун рассматривал полученные от разведки новые снимки. Они показывали ускорение установки ракет и приведения их в состояние полной готовности. Маккоун запросил личную встречу с президентом, и Кеннеди его принял. Глава ЦРУ явился вместе с Ландалом. Похоже, на встрече присутствовал и Роберт Кеннеди.

Сообщив тревожные новости, Маккоун заключил:

– Мы считаем, что сейчас можно с большей вероятностью вывести из строя эти ракеты в ходе одного удара, чем мы были склонны думать в последние несколько дней. Но это не будет нашим последним шагом, так как мы не видим, где находятся ракеты, для которых сооружены пусковые установки и пусковые площадки зенитных ракет.

Президент задумался:

– Единственная проблема… Согласен, что это то, что мы хотим. Альтернатива – удар с воздуха или вторжение. Мы должны все же считаться с фактом, что если мы начнем вторжение, то к моменту, когда мы достигнем этих площадок после очень кровавой битвы, ракеты все равно будут нацелены на нас. Значит, все упирается в вопрос, собираются ли они выстрелить этими ракетами.

– Это правда, – согласился директор ЦРУ. – Это правда.

– Нет другого пути, кроме дипломатии, – отрезал Кеннеди. – От ракет нелегко избавиться. Как я сказал утром, есть два способа. Один – дипломатический. Сомневаюсь в его успехе. Второй – сочетание удара с воздуха с вероятным вторжением, что означает, что нам придется быть готовым к тому, что пока мы осуществляем оба эти пути, ими могут выстрелить.

– Вы понимаете, что вторжение – это более серьезная операция из этих двух, – настаивал Маккоун.

– Из-за их техники?

– Из-за техники, из-за того, что они получали в огромных количествах военную технику до того, как к ним поставили ракеты, снимки которых вы только что видели. У них очень полезная техника: перевозчики ракет, орудийная тяга, полугусеничные машины и тому подобное. Даже обладая только половиной того, что мы предполагаем, всем тем, что есть у русских, они нанесут вторжению большой урон.

– Конечно, если бы вы контролировали воздушное пространство, вы могли бы их уничтожить, – заметил президент.

– Уничтожить их, – произнес Маккоун. – Но вы ведь знаете, как это бывает. Чертовски трудно уничтожить артиллерию. У нас был такой опыт во время Второй мировой войны и в Корее[1403].

26 октября. Ресторан «Оксидентал»

А в это время немаловажные события разворачивались в нескольких шагах от Белого дома.