1962. Хрущев. Кеннеди. Кастро. Как мир чуть не погиб

Мне бы хотелось вновь заявить, что Соединенные Штаты очень сильно заинтересованы в ослаблении напряженности и прекращении гонки вооружений; и если Ваше письмо означает, что Вы готовы обсудить вопрос об ослаблении напряженности в отношении между НАТО и Варшавским договором, мы будем полностью готовы рассмотреть с нашими союзниками любые полезные предложения.

Однако позвольте мне подчеркнуть, что первым элементом должно быть прекращение работ на ракетных площадках на Кубе и принятие мер для вывода из строя подобного оружия при эффективных международных гарантиях. Продолжение этой угрозы или затягивание нынешнего обсуждения, касающегося Кубы, путем связывания этих проблем с более широкими вопросами европейской и мировой безопасности, несомненно, приведет к интенсификации кубинского кризиса и создаст серьезный риск для мира во всем мире. По этой причине я надеюсь, что мы быстро достигнем договоренности в соответствии с положениями, изложенными в настоящем письме и в Вашем письме от 26 октября»[1500].

Именно в таком виде письмо опубликует газета «Правда».

Послание было направлено Государственным департаментом в посольство США в Москве в 20.05 вашингтонского времени 27 октября. В МИД СССР оно поступило почтой из посольства США 28 октября в 10.45 московского времени. Текст был также вечером 27 октября вручен посольству СССР в Вашингтоне и передан прессе.[1501]

Роберт Кеннеди отправился выполнять поручение брата – встретиться с советским послом… «Я позвонил Добрынину около четверти восьмого вечера и пригласил прийти в министерство юстиции, – рассказывал Роберт. – Мы встретились у меня в кабинете в 19.45». И Кеннеди, и Добрынин описали их встречу, причем их версии в основном совпадают. Передам их беседу по более полной и написанной по горячим следам записи. Ее Добрынин немедленно отправил в Москву.

«Сегодня поздно вечером меня пригласил к себе Кеннеди. Разговор шел наедине».

– Кубинский кризис, – начал Кеннеди. – продолжает быстро усугубляться. Только что получено сообщение о том, что сбит американский невооруженный самолет, осуществлявший наблюдательный полет над Кубой. Военные требуют от президента вооружить такие самолеты и отвечать огнем на огонь. Правительству США придется это сделать.

Добрынин перебил собеседника:

– По какому праву американские самолеты вообще летают над Кубой, грубо нарушая ее суверенитет и общепризнанные международные нормы? Как бы сами США реагировали, если бы над их территорией появились иностранные самолеты?

– Мы имеем решение Организации американских государств, которое дает нам право на такие полеты, – ответил быстро Кеннеди.

– Советский Союз, как и все миролюбивые государства, решительно отвергает такое «право», а точнее – самое настоящее бесправие, когда небольшому государству пытаются навязать свою волю те, кому не нравятся социально-политические порядки в этом государстве, установленные и отстаиваемые самим народом. Решение ОАГ является и прямым нарушением Устава ООН, и вам, как генеральному прокурору США, высшему американскому юридическому лицу, несомненно должно быть все это известно.

– Я понимаю, что у нас с вами разный подход к этим проблемам и вряд ли мы сможем убедить друг друга. Но не в этих разногласиях сейчас дело, так как время не терпит. Я хочу изложить нынешнюю тревожную ситуацию так, как ее видит президент, который хотел бы, чтобы об этом знал и Хрущев. Положение сейчас сводится к следующему.

Из-за сбитого самолета на президента оказывается сильный нажим дать приказ отвечать огнем на огонь в ходе разведывательных полетов американских самолетов над Кубой. Отказаться от таких полетов США не могут, так как только таким путем можно быстро получать сведения о ходе строительства ракетных баз на Кубе, которые, как мы считаем, представляют собой очень серьезную угрозу нашей национальной безопасности. Но если начать ответный огонь – быстро последует цепная реакция, которую будет очень трудно остановить. То же относится к существу вопроса о ракетных базах на Кубе. Правительство США полно решимости избавиться от этих баз – вплоть, в крайнем случае, до их бомбардировки, ибо, повторяю, они представляют большую угрозу для безопасности США. Но на бомбардировку этих баз, в ходе которой могут пострадать и советские специалисты, советское правительство несомненно ответит нам тем же, где-то в Европе. Начнется самая настоящая война, в которой погибнут прежде всего миллионы американцев и русских. Мы хотим этого избежать всеми способами. Уверен, что такое же стремление и у правительства СССР. Однако промедление с нахождением выхода связано с большим риском. У них много неразумных голов среди генералов, да и не только среди генералов, которые так и рвутся, чтобы подраться. Ситуация может выйти из-под контроля с непоправимыми последствиями.