658 зенитно-ракетный полк особого назначения

Именно с этого момента проект под названием «Памятник ракетчикам в селе Рогачёво» пошёл полным ходом. 20 сентября мы уже были под Волоколамском. Но ещё до этой поездки я начал действовать. Супруга объяснила мне порядок действий в таких случаях, и 14 сентября я подготовил текст письма председателя общественной организации ветеранов 658 зенитного ракетного полка особого назначения Юрия Фёдоровича Сорочкина главе сельского поселения Большерогачёвское и Покровское Михаилу Николаевичу Хохлову. Сорочкин текст одобрил и подписал, и в конце сентября 2007 года я отвёз письмо в Рогачёво, попутно продемонстрировав своё фото на фоне ракеты. Михаил Николаевич посмеялся над моей склонностью к бюрократии: «Всё же уже давно обговорено!». Но я всё равно попросил секретаря сделать отметку на втором экземпляре письма.

Теперь надо было готовить технический проект, и мы с супругой отправились в Рогачёво измерять площадку. Наши манипуляции с рулеткой на месте будущего памятника не укрылись от внимания хозяина магазинчика, которого все местные зовут Шерхан. Идею с памятником он встретил прохладно. Площадку перед КПП он обустраивал сам и за свой счёт, и на неё имел свои виды – хотел сделать детскую площадку. Памятник в его планы не вписывался: «Тут будут люди сидеть, пиво пить, мусорить. А убирать мне придётся? Нет, я против!» Но я нагло заявил: «Уже есть решение Рогачёвского совета депутатов!» На это Шерхану крыть было нечем, и он попытался зайти с другого боку: «Твою ракету тут за неделю всю изрисуют и разломают». Я ответил: «Пусть только попробуют!» Но проблему он обозначил правильно.

Что можно противопоставит вандализму? Особенно в довольно глухом месте. Забор? Охрану? Решение было парадоксальным – полнейшую доступность и беззащитность. Чтобы это проверить, было принято решение установить информационный плакат на въезде в городок, тем более что конструкция для этого оставалась ещё со старых времён. Она же и определили размер плаката – 150 х 120 см. Дизайн плаката разработал я сам на пару с супругой, и с эскизом пошёл в одну из дмитровских контор, занимающейся наружной рекламой. Работавшие там девочки были весьма удивлены моим заказом – они привыкли изготавливать вывески совсем другого рода. Между собой мой заказ они называли «военный плакат». Со своей работой они справились блестяще, и 7 февраля 2008 года плакат был водружён на стенд у ворот городка.

К тому времени уже была договоренность с Тушинским заводом о том, что они дают ракету. Но именно с этого момента главным стала уже не техническая сторона проекта, а идеологическая. Теперь можно было думать и о проведении PR-акции, тем более, что приближался день Защитника Отечества. Поэтому я предложил провести 23 февраля митинг ветеранов, где и озвучить планы по установке ракеты. Ветеранов собралось полтора десятка, но главное – было телевидение. С Игорем Нечаевым я договорился заранее – сюжет пошёл в эфир в ближайшем выпуске Дмитровских новостей.

Но информационное сопровождение проекта шло уже давно – на Caves’е я исправно отчитывался о ходе работ. Поэтому повторяться не буду, а постараюсь описать то, что в эти отчёты не вошло – информационно-идеологическую составляющую проекта. Так получилось, что и технической, и информационной частями занимался я. Нелепость происходящего меня просто поражала – ведь я ни разу не строитель, не политработник, и даже не руководитель. Как я мог этим заниматься? А главное – ведь даже в армии не служил, и не имею к этому всему никакого отношения.

Вот написал это, и сам же понял, что неправ. Как строителя меня готовили 3 года на военной кафедре. Да, это была теория, но надо же когда-то переходить к практике. К политработе я тоже имел отношение со времён учёбы в институте – был комсоргом группы со 2-го по 5-й курс. Правда, к тому времени комсомол уже шёл к закату. Недостающие знания я получил на семинаре по Public Relation осенью 2000-го года. А уж практику я нарабатывал, встревая в общественные дела супруги. Теперь же наступила её очередь совать нос в мои дела, чем она активно занималась. Ну а руководителем к тому времени я был уже со стажем – с 1994 года возглавлял малое предприятие.

Короче, выяснилось, что судьба тщательно и кропотливо подготовила меня к этой миссии. И столь же тщательно пресекла все мои попытки от выполнения этой миссии увильнуть. А главное – было странное чувство, что я на войне. Информационной войне. Я помнил руины тех полков, где побывал. Мне не давали расслабиться и гнали дальше постоянные вопросы: «Ну как дела с ракетой?» или «Ну что, с памятником всё заглохло?» И я понял, что это надо сделать любой ценой – уже нельзя не сделать. Я был готов платить эту цену – деньги у меня были. И платил – когда уже после установки памятника я составил список расходов, выяснилось, что я потратил больше 100 тысяч рублей. Я порадовался – легко отделался, рассчитывал, что платить придётся больше.