Адмирал Колчак. Драма Верховного правителя

Позиции сибирских кадетов разделяло и высшее руководство кадетской партии. В письме «патриарху» партии И.И. Петрункевичу ее лидер П.Н. Милюков 2 октября 1919 года писал о необходимости безоговорочно поддерживать диктатуру Колчака и Деникина – «этот свершившийся факт, полезный и благодетельный для России», и выступал «против формального ограничения фактического диктатора какой-либо коллективной волей, пока его дело не сделано»[349]. 2-й параграф резолюции июльского (1919 года) совещания ЦК партии в Екатеринодаре гласил: «В отношении общенациональной платформы признать руководящими начала, провозглашенные в декларациях Верховного правителя адмирала Колчака и генерала Деникина». Кадетский ЦК объявлял недопустимой «безответственную критику» их, считая, что она будет лишь на руку врагу. В унисон сибирским коллегам ЦК подчеркивал, что «не может быть возврата к системе управления Временного правительства Львова и Керенского, представлявшей собою бессилие и преклонение власти перед революцией». Особо отмечалась необходимость борьбы против «большевизма слева и справа»; под последним разумелся произвол отдельных полевых командиров и казачьих атаманов. Безоговорочно признавалась необходимость единоличной диктатуры в обстановке Гражданской войны, тактики блокирования по отношению к умеренным политическим группировкам слева и справа и бескомпромиссной борьбы с национальным и региональным сепаратизмом. Обобщая опыт революции в целом, резолюция ЦК гласила: «Революцию надо преодолеть, взяв у нее достижимые цели и сломив ее утопизм, демагогию, бунтарство и анархию»[350].

Такую же позицию занимало находившееся на Юге России руководство Национального центра. В приветствии, подписанном М.М. Фёдоровым, князем П.Д. Долгоруковым, Н.И. Астровым, графиней С.В. Паниной, Н.К. Волковым, А.А. Червен-Водали и А.В. Салазкиным (почти все они были и членами кадетского ЦК), говорилось: «В условиях переживаемой тяжелой разрухи только военная диктатура, единоличная и непреклонная в своих решениях, способна допустить страну до того состояния устроенности и умиротворения, когда возможно будет передать правление постоянной власти»[351].

Позицию российского предпринимательского класса наиболее отчетливо выразил С.Н. Третьяков, находившийся тогда на Юге, а в дальнейшем приехавший в Сибирь и вошедший в правительство Колчака, в письме В.Л. Бурцеву: «Все мы… непоколебимо убеждены, что только в форме военной диктатуры мыслимо создание той твердой власти, которая необходима для возрождения русской государственности»[352]. Развивая свою мысль, Третьяков писал: «Нужно приять ту реальную силу, которая одна в состоянии сломить силу большевистскую, и нужно приять ее как она есть, с ее достоинствами и недостатками», а не сближаться с «разными промежуточными социалистическими группами, вяло критикующими большевиков, но духовно близкими им», и с «разного рода самостийниками, висящими в воздухе со своими надуманными националистическими планами»[353].

Как уже отмечалось, из социалистических партий и движений коалицию с белыми сохранили немногочисленные наиболее правые группировки этого толка: партия народных социалистов («энесов») во главе с ветераном движения народников Н.В. Чайковским, правое крыло сторонников сибирской автономии – областников (группировавшееся вокруг Г.Н. Потанина), незначительное число наиболее правых эсеров (группа «Воля народа» Б.В. Савинкова) и столь же незначительная группа наиболее правых меньшевиков «Единство» (последователи Г.В. Плеханова). Их представители входили в Союз возрождения России и в Омский национальный блок и в целом стояли на позициях сотрудничества с белыми правительствами при свободе их конструктивной критики (в чем-то похоже на современную «системную оппозицию» в Государственной думе). Некоторые из них даже занимали отдельные посты в правительстве. Так, эсер С.С. Старынкевич до мая 1919 года был министром юстиции. Меньшевик Л.И. Шумиловский на всем протяжении правления Колчака занимал пост министра труда. Интересно, как излагал Шумиловский впоследствии на суде мотивы, по которым часть социалистов поддержали Колчака: «Я считал, что адмирал Колчак, как сильная личность, сможет сдержать военную среду и предохранить государство от тех потрясений, которые неизбежно грозили справа. Эти мотивы: популярность в демократических странах – Америке, Англии, умение поставить себя в военной среде, подтвержденное его положением в Черноморском флоте, – и заставили меня подать голос за него»[354]. Б.В. Савинков и Н.В. Чайковский входили в главное зарубежное представительство Белого движения – Русское политическое совещание в Париже. Соратник Савинкова, прославленный журналист В.Л. Бурцев возглавил центральное заграничное пресс-бюро правительства Колчака в Париже.