Иллюстрацией этому может служить интересное исследование. Оно проводилось среди родителей, имеющих аллергические болезни, а именно аллергический ринит и аллергическую бронхиальную астму. Если их дети рождались еще до того, как у их родителей заболевание было проявлено и диагностировано, то они реже заболевали, чем дети тех родителей, у которых ринит и астма проявились и были диагностированы еще до рождения их детей. Это исследование и подобные ему добавили «масло в огонь». Таким образом, наряду с наследственной предрасположенностью стало еще более актуальным представление о том, что не только известные механизмы наследования определяют вероятность и характер аллергической болезни. Применяется термин «эпигенетический», то есть независящий непосредственно от известных генетических факторов. На самом деле это процессы, которые происходят в клетках человека уже после рождения, и они касаются различных влияний на нуклеиновые кислоты, определяющие синтез биологически важных субстанций, таких как протеины и других, и которые будут влиять на дальнейший ход событий по активизации или блокировании тех или иных процессов, от которых зависит проявление каких-либо признаков, в том числе симптомов болезни. Если возвращаться к аналогии с детективом, можно констатировать результат нашего расследования: в проявлении и развитии аллергических болезней нет конкретного виновника, а это результат сочетания нескольких факторов – генетических, эпигенетических и средовых. Важно, в какой семье рождается ребенок, как он рождается, что его окружает в первые недели и месяцы жизни, в каком регионе и социальных условиях он проживает.
Сейчас уже трудно установить, кто именно вбросил слово «диатез» в народ, но оно так прочно въелось в массовое сознание, что, пожалуй, этот диатез мог бы стать депутатом не только на местном уровне. Жалкое зрелище представляли собой отдельные доктора еще 7–10 лет назад, тщетно пытающиеся противостоять чрезмерному употреблению этого слова, подразумевающего в сознании каждого добропорядочного гражданина красные, воспаленные и покрытые желтой коркой расцарапанные щеки малыша. К этим докторам можно вполне присовокупить вашего покорного слугу, который также пытался избавить народонаселение от давней ошибки. Но, в очередной раз засучив рукава, я постараюсь исчерпать данный вопрос. Не питаю иллюзий, что это не последняя попытка доказательно объяснить, что диатез – это не то, что думаете, а значительно шире и несколько в другую сторону. Спрашивается, ну отчего такое упорство? Зачем так усердствовать и надрываться? Ну, называй как хочешь – только вылечи. А вот в том-то и дело. Именно здесь подходит известное выражение – «как назовешь корабль, так и поплывет». С этой штуковиной стали справляться уже всем миром. У конкретного малыша это подразумевает солидарную активность врача, родителей ребенка и абсолютно всех домочадцев, проживающих вместе с ним и считающих себя лицами заинтересованными. Мы, конечно же, говорим о поражении кожи, которое в медицине обозначают как аллергические дерматиты.
Слово «дерматит» является переводом на русский язык латинского термина
В русской медицине все давно адаптировали к русскому языку и говорят не дерматитис, а дерматит (отит – воспаление уха, бронхит – воспаление бронхов). Так что дерматит и есть воспаление кожи и слово «диатез» совершенно ни при чем. Но почему все же диатез? Откуда он взялся и почему так прилип к детям с пораженной кожей? Когда у взрослых – женщины или мужчины – мы видим какое-либо поражение кожи, даже напоминающее таковое у малышей, редко приходит в голову назвать это диатезом. Как-то это больше приросло к малышам. Почему? Да потому что многие из нас предполагают, что это в каком-то смысле избежать было трудно, так как оно как бы на роду написано. И то, что называют диатезом, а в действительности обозначается в медицине как атопический дерматит, проявляется часто при наследственной аллергической предрасположенности. А пресловутый диатез ввели в сознание людей сами педиатры в 70–80-е годы XX века, тем самым подчеркивая, что дерматит – это одно из самых ранних проявлений одной из врожденных аномалий конституции детей – экссудативно-катарального диатеза. В советской педиатрии это было классикой жанра, и все мы, учившиеся по книгам выдающихся детских врачей и педагогов Тура и Сперанского, эти аномалии конституции знали как «Отче наш».