Анастас Микоян. От Ильича до Ильича. Четыре эпохи – одна судьба

Как известно, основным ресурсом в СССР был труд крестьян. Все реформы, включая денежную (16–22 декабря 1947 года), снижение цен и отмена продовольственных карточек производились за счет крестьянства[296].

Сталин не любил и не понимал русское крестьянство. Во всех своих действиях он упорно следовал марксистско-ленинской теории и делал ставку исключительно на промышленный пролетариат, который фактически сам же и создал. Мы уже упоминали красноречивый (если не вопиющий) факт, приведенный Анастасом Микояном. Сталин, руководивший коренными реформами сельского хозяйства в одной из крупнейших аграрных стран мира, за всю жизнь не побывал ни в одном колхозе или совхозе[297].

В 1946 году был созван пленум ЦК, посвященный сельскому хозяйству. Во время его работы Микояну удалось убедить Сталина повысить закупочные цены на молоко, сахарную свеклу, тонкую шерсть и табак. Все остальные цены, в том числе на хлеб, остались на уровне 1926 года[298]. При жизни Сталина их так и не повысили.

ДОСЬЕ

«По итогам 1948 г. валовая продукция промышленности уже составила 118 процентов от уровня 1940 г. Это было достигнуто за счет беспрецедентного налогового давления на крестьян и возвращения к довоенным, мобилизационным методам. Даже соратники вождя (Молотов, Микоян и Вознесенский) пытались доказать, что необходимо оставлять деревне больше средств, но всегда натыкались на жесткие возражения».

Рыбас С. Ю. Сталин. – М.: Молодая гвардия, 2020. С. 818.

5

В начале февраля 1949 года Анастас Микоян отправился в Китай и выполнил важнейшую миссию в качестве тайного дипломата СССР. Можно уверенно утверждать, что именно тогда карьера Микояна как государственного деятеля перешла на качественно новый уровень. Из крупнейшего в стране специалиста по внешней торговле он превращался в единственного в своем роде международного переговорщика.

Коммунистическая партия Китая (КПК) с первых месяцев своего возникновения в 1921 году находилась под неусыпным контролем Москвы. Непосредственно руководство осуществлялось через Исполнительный комитет коммунистического интернационала (ИККИ) и через его Дальневосточное бюро. Руководил этой организацией сначала Зиновьев, а с 1935 года – Георгий Димитров. Теоретические основы работы с Китаем разрабатывали Лев Троцкий и Карл Радек. Никто из них, даже сам Сталин, не был, мягко сказать, экспертом в «китайском вопросе», не понимал специфики Китая и психологии китайцев. Однако работа была поставлена так, что все действия китайских коммунистов согласовывались с ИККИ.

По всем важным вопросам Мао и его сподвижники запрашивали инструкции из Москвы. При этом мнение китайских товарищей почти полностью игнорировалось[299]. Одновременно компартия Китая регулярно получала из СССР финансовую помощь: с 1 июля 1934 года выплаты составляли ежемесячно 7418 долларов золотом. В начале декабря 1935 года Мао Цзэдун был представлен советским гражданам как «вождь китайского трудового народа». С соответствующей статьей выступил журнал «Коммунистический интернационал»[300]. В конце марта 1940 года Чжоу Эньлай побывал в Москве и привез оттуда для Мао 300 тысяч долларов США. 3 июля 1941 года, в первые дни нападения Германии на СССР, решением Политбюро через ИККИ был выделен один миллион долларов для помощи КПК[301].

Многие лидеры КПК посещали СССР и поправляли там свое здоровье. В СССР жили жены Мао и его дети. После разгрома Квантунской армии большая часть ее вооружений, взятых советскими войсками в качестве трофеев, была передана Народно-освободительной армии Китая (НОАК)[302]. При этом сам Сталин был невысокого мнения о Мао, в частной беседе называл его «пещерным марксистом»[303]. Мао же, напротив, не забывал подчеркивать подчиненное положение и в своих шифровках называл Сталина не иначе как «товарищ главный хозяин». Свои шифровки к Мао Сталин подписывал псевдонимом Филиппов либо китайским Фын-Си («западный ветер»).

По мере того как СССР побеждал в войне против Германии, западные политики, прежде всего в США, стали обращать внимание на успехи китайских коммунистов. Возникло опасение, что Китай превратится во второй СССР. В гости к Мао отправились десятки писателей и журналистов. Вышли книги писателей Сноу и Смедли, регулярно выходили статьи журналистов Фриды Атли, Клэр и Уильяма Бэндов, Гаррисона Формана и других. Все они после множества встреч и бесед с Мао Цзэдуном и его сподвижниками утверждали, что китайский коммунизм не имеет с русским марксизмом-ленинизмом ничего общего, что китайские коммунисты – это «новые демократы».

В июле 1944 года в Китай из США прилетела целая группа, именуемая «американской информационной службой», а на деле – подразделение разведчиков под руководством специалиста по Китаю полковника Дэвида Баррета. Полковник Баррет и его люди сделали вывод: Мао не друг СССР, а «китайский реалист». Это полностью устроило Сталина.