Анастас Микоян. От Ильича до Ильича. Четыре эпохи – одна судьба

Согласно стенограмме пленума, обсуждение смещения Брежнева и назначения Микояна прошло быстро и в спокойной обстановке под смех, шутки и аплодисменты, причем шутили и председательствовавший Хрущев, и Микоян, и Брежнев. Предложение об освобождении Брежнева выдвинул сам Хрущев. Видя в зале единодушие, он даже не поставил вопрос на голосование и перешел к текущей повестке. Однако, комментируя замену Брежнева на Микояна, Хрущев заговорил о повышении роли президиума Верховного Совета и о демократии: «Освободить одного и выдвинуть другого – это демократично. Вот, Анастас доволен!» (смех в зале)[473].

Из сказанного следовало, что действия по демократизации политической жизни в стране Хрущев связывал не со своими протеже Козловым или Брежневым, а с ветераном Микояном. Это означало, что Микоян был более активным сторонником демократизации, нежели Брежнев

Можно не сомневаться, что Л. И. Брежнев был сильно уязвлен фактом рокировки. Возможно, эта обида подтолкнула Брежнева к тому, чтобы примкнуть к зреющему заговору против Хрущева.

Поставив вопрос о замене Брежнева на Микояна, Хрущев упомянул и новую Конституцию, проект которой начали разрабатывать в январе 1962 года[474]. Организованная с этой целью конституционная комиссия состояла из нескольких подкомиссий. Анастас Микоян возглавил одну из них: подкомиссию по вопросам национальной политики и национального государственного строительства.

Согласно проекту новой Конституции, высшим – законодательным, распорядительным и контролирующим – органом власти в СССР должен был стать Верховный народный совет СССР (раздел 4, глава XIII, статья 146), который, в свою очередь, должен был избирать президиум Верховного народного совета в составе председателя президиума, первого заместителя, заместителей, секретаря президиума и членов президиума.

А. Н. Косыгин, Л. И. Брежнев и А. И. Микоян на трибуне мавзолея 1 мая 1965 года

Верховный Совет СССР – представительный орган власти, избираемый на Съезде народных депутатов. Эта структура была создана в момент принятия «сталинской» Конституции 1936 года и должна была реализовывать демократический принцип управления, при котором депутаты – представители народа – выбирались голосованием на местах и затем должны были представлять и отстаивать интересы своих избирателей. Однако в условиях единоличной диктатуры Сталина и всесилия партийных органов функции Советов свелись к чисто техническим, если не сказать декоративным. Советы депутатов существовали, но не имели никакого влияния на формирование текущего политического курса. Народные депутаты собирались только для того, чтобы одобрить, завизировать те или иные решения, принимаемые без них партийными и государственными иерархами.

Хрущев на словах выступал за демократизацию, за то, чтобы в управлении государством участвовали широкие слои населения, но на деле после 1957 года система власти в СССР имела ярко выраженную партийную направленность, а элементы демократии свелись к более активному участию профсоюзов и комсомола[475], притом что последнее слово всегда оставалось за Центральным комитетом партии.

Конституция СССР 1937 года. Библиотека Администрации Президента РФ/Фото А. Полосухиной

Возможно, Хрущев, и Микоян тоже, хотели, чтобы политическая, государственная система Советского Союза была хоть каким-то образом унифицирована с «западной» системой, основанной на безусловной власти выборных органов, чтобы европеец или американец не путался, пытаясь разобраться, чем председатель Совета министров отличается от председателя Верховного Совета, а тот – от председателя Президиума ЦК КПСС. По свидетельству самого Анастаса Микояна, перед назначением Хрущев доверительно беседовал с ним и поделился идеями о превращении Верховного Совета в полноценно действующий парламент.

– Почему буржуазия умнее нас? – спросил Хрущев. – У них парламенты создают впечатление участия народа в управлении. Это, конечно, фикция, но очень здорово показывает народу, что он может влиять, и даже решающим образом. Почему же наш парламент только штампует решения ЦК и правительства? Министры чихать хотели на наш парламент, а в Англии они отчитываются перед парламентом, отвечают на их запросы и т. д. Почему нам тоже не сделать так, чтобы Верховный Совет вызывал для отчета, пропесочивал бы их. Более того, он может и вносить предложения в правительство об изменении каких-то решений[476].

Анастас Микоян и Индира Ганди во время визита в Индию в 1964 году. Библиотека Администрации Президента РФ